Оборотные штрафы за утечки начнутся с 10 тысяч пострадавших

Оборотные штрафы за утечки начнутся с 10 тысяч пострадавших

Оборотные штрафы за утечки начнутся с 10 тысяч пострадавших

Компании получат оборотные штрафы, если допустят утечку информации более чем 10 тыс. субъектов персональных данных. Такой вариант обсуждается в Минцифры. Законопроект обещают показать в середине сентября.

О подвижках в работе над законопроектом о штрафах за утечки пишет сегодня РБК. Обсуждение началось еще в мае, после громких скандалов с Яндекс.Едой, Delivery Club и Гемотестом.

Обсуждалось, что штраф составит от 1% до 3% оборота. Однако крупные ИТ-компании просили смягчить формулировки документа. Как альтернативу они предлагали трехступенчатую систему наказания: предупреждение за первую утечку; крупный штраф — за вторую; при третьей утечке выплачивается оборотный штраф.

В середине июля Минцифры сообщало, что обсуждаемые предложения включают следующие:

  • штрафы будут применяться в два этапа: за первую утечку — фиксированный (размер зависит от объема данных), при повторной утечке станет применяться оборотный штраф. Будут установлены границы, “от” и “до” какого процента от выручки можно будет взыскать оборотный штраф;
  • будут учитываться смягчающие и отягчающие обстоятельства при определении размера штрафа. Вкладывалась ли компания в защиту информации или пыталась скрыть утечку;
  • будет определено, как устанавливать вину конкретной компании за утечку данных: как отличить, произошла ли новая утечка или мошенники выдают за нее данные из разных баз, слитых ранее;
  • рассматривалась возможность создания специального фонда, в который будут перечислять собранные штрафы и из которого станут выплачивать компенсации гражданам, пострадавшим от утечек.

Сейчас обсуждается, что оборотный штраф может грозить компаниям в том числе и за первую утечку, если она коснулась более 10 тыс. субъектов персональных данных.

Среди смягчающих обстоятельств, которые “позволят снизить штраф вплоть до фиксированного значения в несколько миллионов”, источник издания назвал такие: если компания выявила утечку, публично призналась, активно проводила расследование, помогала надзорным органам и в рамках расследования выяснилось, что утечка не произошла по причине нарушения требований информационной безопасности.

Вопрос создания фонда для компенсации ущерба еще прорабатывается с отраслью. Участники обсуждения хотят создать такой механизм, чтобы этот “фонд не позволил откупиться от утечки”.

Еще один источник РБК на ИТ-рынке говорит, что обсуждение формулировок законопроекта продолжается и они еще могут поменяться. Например, ранее в ходе обсуждений звучали предложения ввести личную уголовную ответственность за утечки персональных данных, но “пока от этой идеи вроде отказались”.

Предварительные сроки предоставления документа — середина сентября.

“Ищем компромисс с бизнесом и отраслью. Минцифры выступает за ужесточение и усиление ответственности за утечки персональных данных. Но задача не в самих штрафах, дополнительная ответственность в виде оборотных штрафов побудит бизнес инвестировать в развитие инфраструктуры информационной безопасности и защиту персональных данных пользователей”, — говорят в министерстве.

В 6 из 10 случаев цифровой агрессор — знакомый человек

Цифровое насилие — это не только мутные анонимы из интернета и токсичные комментарии от людей с аватаркой кота. По данным глобального отчёта «Лаборатории Касперского», почти 60% жертв сталкивались с цифровым насилием со стороны людей из своего окружения.

Чаще всего агрессорами оказывались друзья — на них пришлось 15% случаев. Дальше идут нынешние партнёры — 10%, коллеги — 8%, члены семьи — 7% и бывшие партнёры — 6%.

То есть проблема часто сидит не где-то «в интернете вообще», а в переписках, семейных чатах, отношениях, работе и других местах, где вроде бы должно быть безопаснее.

Отдельно исследователи отмечают неприятную закономерность: люди, которые сталкивались с цифровым насилием со стороны друзей, партнёров или родственников, чаще признавались, что сами допускали похожее поведение по отношению к близким.

Это может говорить о том, что цифровая агрессия иногда превращается в привычный стиль общения: контроль, давление, слежка, обиды и месть переезжают в смартфон и становятся частью повседневности.

В Нижегородском женском кризисном центре отмечают, что цифровое насилие нередко используется как инструмент контроля, преследования и психологического давления со стороны близких людей. По данным центра, 72% обращений связаны с насилием со стороны супруга или партнёра, ещё 10% — со стороны родителей или родственников.

Поколенческий разрыв тоже заметен. Среди зумеров 81% знают термин «цифровое насилие», а почти 60% заявили, что за последний год сталкивались хотя бы с одной его формой. Среди беби-бумеров термин знаком 64% респондентов.

Женщины чаще говорят о чувстве уязвимости в цифровой среде. Небезопасно в интернете себя чувствуют 62,5% респонденток против 54% мужчин.

Психологи подчёркивают: когда агрессором становится знакомый человек, вред ощущается сильнее. К страху и потере контроля добавляется предательство, особенно если речь идёт о партнёре, друге, бывшем партнёре или коллеге. А технологии превращаются в инструмент кибермести: доступ к аккаунтам, переписки, фотографии, геолокация и старые пароли внезапно становятся оружием.

С точки зрения кибербезопасности эта история тоже сложнее обычной атаки. Угроза может идти не от неизвестного хакера, а от человека, у которого когда-то был доступ к устройству, аккаунту, семейной подписке, общему облаку или паролю на всякий случай.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru