Казахстан решил выдать Кислицина России

Казахстан решил выдать Кислицина России

Казахстан решил выдать Кислицина России

Генпрокуратура России сообщила, что ей удалось добиться экстрадиции Никиты Кислицина из Казахстана. Бывшего топ-менеджера F.A.C.C.T. ждут в Москве как ответчика по делу о краже данных и вымогательстве.

Запрос о выдаче Кислицина прокуратура подала еще в июне, когда стало известно о его задержании с подачи американских властей (в США россиянина обвинили в соучастии в давней краже данных).

Уголовное дело, которое будет рассматриваться в Тверском райсуде столицы, было открыто по фактам совершения преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 272 УК РФ (неправомерный доступ к компьютерной информации по сговору, до пяти лет лишения свободы) и ч. 2 ст. 163 УК РФ (коллективное вымогательство в крупном размере, до семи лет).

По версии следствия, в октябре 2022 года Кислицин и его сообщники получили несанкционированный доступ к серверу коммерческой организации и скопировали хранимую информацию. После этого у жертвы потребовали выкуп — 550 тыс. руб. в криптовалюте — под угрозой публикации похищенных данных.

С самой F.A.C.C.T. данное дело никак не связано, однако ИБ-компания сочла своим долгом помочь попавшему в беду сотруднику: наняла адвокатов, попросила Генконсульство РФ в Казахстане о содействии.

У Ильи Сачкова, основателя Group-IB и совладельца F.A.C.C.T., дела пока идут хуже: в октябре он проиграл апелляцию: суд оставил в силе приговор (14 лет колонии) по делу о госизмене. Тем не менее адвокаты намерены и далее оспаривать это решение, подав кассационную жалобу.

В 6 из 10 случаев цифровой агрессор — знакомый человек

Цифровое насилие — это не только мутные анонимы из интернета и токсичные комментарии от людей с аватаркой кота. По данным глобального отчёта «Лаборатории Касперского», почти 60% жертв сталкивались с цифровым насилием со стороны людей из своего окружения.

Чаще всего агрессорами оказывались друзья — на них пришлось 15% случаев. Дальше идут нынешние партнёры — 10%, коллеги — 8%, члены семьи — 7% и бывшие партнёры — 6%.

То есть проблема часто сидит не где-то «в интернете вообще», а в переписках, семейных чатах, отношениях, работе и других местах, где вроде бы должно быть безопаснее.

Отдельно исследователи отмечают неприятную закономерность: люди, которые сталкивались с цифровым насилием со стороны друзей, партнёров или родственников, чаще признавались, что сами допускали похожее поведение по отношению к близким.

Это может говорить о том, что цифровая агрессия иногда превращается в привычный стиль общения: контроль, давление, слежка, обиды и месть переезжают в смартфон и становятся частью повседневности.

В Нижегородском женском кризисном центре отмечают, что цифровое насилие нередко используется как инструмент контроля, преследования и психологического давления со стороны близких людей. По данным центра, 72% обращений связаны с насилием со стороны супруга или партнёра, ещё 10% — со стороны родителей или родственников.

Поколенческий разрыв тоже заметен. Среди зумеров 81% знают термин «цифровое насилие», а почти 60% заявили, что за последний год сталкивались хотя бы с одной его формой. Среди беби-бумеров термин знаком 64% респондентов.

Женщины чаще говорят о чувстве уязвимости в цифровой среде. Небезопасно в интернете себя чувствуют 62,5% респонденток против 54% мужчин.

Психологи подчёркивают: когда агрессором становится знакомый человек, вред ощущается сильнее. К страху и потере контроля добавляется предательство, особенно если речь идёт о партнёре, друге, бывшем партнёре или коллеге. А технологии превращаются в инструмент кибермести: доступ к аккаунтам, переписки, фотографии, геолокация и старые пароли внезапно становятся оружием.

С точки зрения кибербезопасности эта история тоже сложнее обычной атаки. Угроза может идти не от неизвестного хакера, а от человека, у которого когда-то был доступ к устройству, аккаунту, семейной подписке, общему облаку или паролю на всякий случай.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru