Group-IB: разрушение инфраструктуры, основная угроза финансовому сектору

Group-IB: разрушение инфраструктуры, основная угроза финансовому сектору

Group-IB: разрушение инфраструктуры, основная угроза финансовому сектору

По данным отчета Hi-Tech Crime Trends 2017, представленного компаний Group-IB на ежегодной конференции CyberCrimeCon, за год в результате хищений в интернет-банкинге у юридических лиц с использованием вредоносных программ было украдено почти $10,4 млн, а в ходе целевых атак на банки — более $27 млн.

Несмотря на снижение обоих показателей на 35% по сравнению с прошлым годом, целевые атаки на финансовые организации продолжат приносить киберпреступникам наибольший доход. Однако, по мнению экспертов, уже в ближайшее время широкое распространение в финансовом секторе получит новая угроза — выведение из строя инфраструктуры. Причем использовать ее будут как финансово мотивированные киберпреступники, так и хакеры, спонсируемые государством.

В начале 2017 года эксперты Group-IB зафиксировали первые случаи использования шифровальщиков для сокрытия следов ограбления банка. В ходе атаки на один из банков группировка Cobalt получила контроль над всей его информационной сетью. После совершения хищения хакеры запустили модифицированную версию шифровальщика Petya — PetrWrap — на всех компьютерах в сети, чтобы скрыть следы преступления. Впоследствии часть данных удалось восстановить, однако большая часть компьютеров в сети банка вышли из строя, что сильно усложнило расследование инцидента.

«После проведения успешных атак на банки атакующие всегда стремились уничтожить следы своего присутствия, чтобы усложнить проведение расследования и как можно дольше оставаться незамеченными для исследователей. Для уничтожения следов они использовали такие инструменты, как SDelete, MBRKiller, самописные утилиты для уничтожения данных. Было очевидно, что использование шифровальщиков для сокрытия следов атаки — лишь вопрос времени, — уверен Дмитрий Волков, руководитель отдела расследований и сервиса киберразведки Threat Intelligence, сооснователь Group-IB. — Более интересен тот факт, что проправительственные хакеры очень оперативно уловили этот тренд и последовали примеру киберпреступников». 

В марте 2017 года группировка Black Energy, которая ранее была известна своими атаками на энергетические компании, не просто сменила профиль, атаковав ряд украинских банков, но и использовала для этого собственного шифровальщика.

Напомним, что в основе, пожалуй, самой резонансной хакерской атаки этого года также лежал шифровальщик WannaCry, поразивший IT-инфраструктуру ряда крупных организаций, в том числе банков. По мнению экспертов, за ней стоит Lazarus — группа государственных хакеров из Северной Кореи. Очевидно, что целью атаки было не получение финансовой выгоды, а оказание влияния на конкретные объекты, чью работоспособность было необходимо нарушить.

В случае с NotPetya атака, за которой, предположительно, стоит та же Black Energy, была более целенаправленной, хотя целью обеих атак можно считать выведение из строя инфраструктуры: в июне 2017 года хакерам удалось временно остановить производство на ряде предприятий, а также нарушить процессы в компаниях нефтегазового и финансового секторов.

«Ущерб от простоя в банковской сфере может быть гораздо более ощутимым, чем от хищения. Получение контроля над IT-инфраструктурой крупных системообразующих банков или выведение ее из строя дает возможность оказывать влияние на национальную экономику, курс валюты и приводит к другим масштабным последствиям, в которых не всегда заинтересованы финансово мотивированных хакеры. Таким образом, использование шифровальщиков в финансовой сфере — это, скорее, инструмент влияния, нежели финансовой выгоды. И практика последних атак только подтверждает этот тезис, — продолжает Волков. — Однако вне зависимости от принадлежности хакеров и их целей жертвой атаки в первую очередь становятся конкретная финансовая организация и ее клиенты». 

ИИ учится задавать вопросы сам себе — и от этого становится умнее

Даже самые продвинутые ИИ-модели пока что во многом лишь повторяют — учатся на примерах человеческой работы или решают задачи, которые им заранее придумали люди. Но что если искусственный интеллект сможет учиться почти как человек — сам задавать себе интересные вопросы и искать на них ответы?

Похоже, это уже не фантазия. Исследователи из Университета Цинхуа, Пекинского института общего искусственного интеллекта (BIGAI) и Университета штата Пенсильвания показали, что ИИ способен осваивать рассуждение и программирование через своеобразную «игру с самим собой».

Проект получил название Absolute Zero Reasoner (AZR). Его идея проста и изящна одновременно. Сначала языковая модель сама придумывает задачи по программированию на Python — достаточно сложные, но решаемые. Затем она же пытается их решить, после чего проверяет себя самым честным способом: запускает код.

 

Если решение сработало — отлично. Если нет — ошибка становится сигналом для обучения. На основе успехов и провалов система дообучает исходную модель, постепенно улучшая и умение формулировать задачи, и способность их решать.

Исследователи протестировали подход на открытой языковой модели Qwen с 7 и 14 миллиардами параметров. Оказалось, что такой «самообучающийся» ИИ заметно улучшает навыки программирования и логического мышления — и в некоторых тестах даже обгоняет модели, обученные на вручную отобранных человеческих данных.

 

По словам аспиранта Университета Цинхуа Эндрю Чжао, одного из авторов идеи, подход напоминает реальный процесс обучения человека:

«Сначала ты копируешь родителей и учителей, но потом начинаешь задавать собственные вопросы. И в какой-то момент можешь превзойти тех, кто тебя учил».

Идея «самоигры» для ИИ обсуждается не первый год — ещё раньше её развивали такие исследователи, как Юрген Шмидхубер и Пьер-Ив Удейер. Но в Absolute Zero особенно интересно то, как растёт сложность задач: чем умнее становится модель, тем более сложные вопросы она начинает ставить перед собой.

«Уровень сложности растёт вместе с возможностями модели», — отмечает исследователь BIGAI Цзилун Чжэн.

Сейчас подход работает только там, где результат можно легко проверить — в программировании и математике. Но в будущем его хотят применить и к более «жизненным» задачам: работе ИИ-агентов в браузере, офисных сценариях или автоматизации процессов. В таких случаях модель могла бы сама оценивать, правильно ли агент действует.

«В теории это может стать путём к суперинтеллекту», — признаёт Чжэн.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru