Тайна неизвестного языка программирования в троянце Duqu раскрыта

Тайна неизвестного языка программирования в троянце Duqu раскрыта

В блоге Securelist появилось сообщение о том, что экспертам "Лаборатории Касперского" удалось разгадать загадку неведомого языка программирования, который они обнаружили ранее в известном троянском коне Duqu. Просьба о содействии в решении этой проблемы нашла широкий отклик среди специалистов, и их подсказки в конце концов навели вирусных аналитиков на верный путь.

Эксперт компании Игорь Суменков пишет, что сообщения о таинственном "фреймворке Duqu" собрали более 200 комментариев и 60 электронных писем - результат, превысивший все ожидания. Наиболее популярными у участников обсуждения были такие варианты, как LISP, Forth, Erlang, Google Go, Delphi, OO C; кроме того, высказывались предположения, что специфика проблемного кода связана с использованием устаревших компиляторов С++ и других языков. Автор отмечает также несколько комментариев и писем, которые оказались наиболее полезны специалистам "Лаборатории Касперского".

"Помощь зала" позволила точно установить, что злоумышленники использовали компилятор из поставки Microsoft Visual Studio. Проведя ряд экспериментов с различными модификациями и настройками, эксперт сумел воспроизвести код функции конструктора и получить из него бинарный код, аналогичный обнаруженному в Duqu. В итоге было сделано заключение, что т.н. "фреймворк Duqu" является результатом компиляции исходного текста на языке С посредством Visual Studio 2008 с параметрами /O1 /Ob1. Автор блог-записи поясняет, что возможны два варианта развития событий: либо при написании кода использовалась объектно ориентированная надстройка С, либо над ним работал программист, применявший соответствующие методы для "чистого" С. Более вероятным эксперту представляется первый вариант, поскольку количество однотипного кода в тексте предполагает наличие препроцессора.

По мнению аналитика, использование объектно ориентированного расширения языка С могло быть продиктовано либо недоверием к компиляторам С++, либо потребностью в широкой переносимости / совместимости. Оба варианта с высокой степенью вероятности указывают на то, что разработка "фреймворка Duqu" велась профессиональными программистами "старой школы", имеющими многолетний опыт работы. Подход, примененный создателями Duqu, задействуется обычно в крупных коммерческих программных проектах, в то время как во вредоносных программах он практически не встречается.

Securelist

Письмо автору

" />

В 6 из 10 случаев цифровой агрессор — знакомый человек

Цифровое насилие — это не только мутные анонимы из интернета и токсичные комментарии от людей с аватаркой кота. По данным глобального отчёта «Лаборатории Касперского», почти 60% жертв сталкивались с цифровым насилием со стороны людей из своего окружения.

Чаще всего агрессорами оказывались друзья — на них пришлось 15% случаев. Дальше идут нынешние партнёры — 10%, коллеги — 8%, члены семьи — 7% и бывшие партнёры — 6%.

То есть проблема часто сидит не где-то «в интернете вообще», а в переписках, семейных чатах, отношениях, работе и других местах, где вроде бы должно быть безопаснее.

Отдельно исследователи отмечают неприятную закономерность: люди, которые сталкивались с цифровым насилием со стороны друзей, партнёров или родственников, чаще признавались, что сами допускали похожее поведение по отношению к близким.

Это может говорить о том, что цифровая агрессия иногда превращается в привычный стиль общения: контроль, давление, слежка, обиды и месть переезжают в смартфон и становятся частью повседневности.

В Нижегородском женском кризисном центре отмечают, что цифровое насилие нередко используется как инструмент контроля, преследования и психологического давления со стороны близких людей. По данным центра, 72% обращений связаны с насилием со стороны супруга или партнёра, ещё 10% — со стороны родителей или родственников.

Поколенческий разрыв тоже заметен. Среди зумеров 81% знают термин «цифровое насилие», а почти 60% заявили, что за последний год сталкивались хотя бы с одной его формой. Среди беби-бумеров термин знаком 64% респондентов.

Женщины чаще говорят о чувстве уязвимости в цифровой среде. Небезопасно в интернете себя чувствуют 62,5% респонденток против 54% мужчин.

Психологи подчёркивают: когда агрессором становится знакомый человек, вред ощущается сильнее. К страху и потере контроля добавляется предательство, особенно если речь идёт о партнёре, друге, бывшем партнёре или коллеге. А технологии превращаются в инструмент кибермести: доступ к аккаунтам, переписки, фотографии, геолокация и старые пароли внезапно становятся оружием.

С точки зрения кибербезопасности эта история тоже сложнее обычной атаки. Угроза может идти не от неизвестного хакера, а от человека, у которого когда-то был доступ к устройству, аккаунту, семейной подписке, общему облаку или паролю на всякий случай.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru