На фоне увольнений в ИТ внезапно взлетел спрос на инженеров внедрения ИИ

На фоне увольнений в ИТ внезапно взлетел спрос на инженеров внедрения ИИ

На фоне увольнений в ИТ внезапно взлетел спрос на инженеров внедрения ИИ

Пока технологическая отрасль продолжает жить в режиме оптимизации штата, на рынке появилась профессия, которой, наоборот, резко стало больше. Речь об инженерах внедрения — forward-deployed engineers, или FDE.

По данным Business Insider, именно такие специалисты могут стать одними из самых востребованных в технологическом секторе.

Генеральный директор Box Аарон Леви считает, что FDE будут играть ключевую роль во внедрении искусственного интеллекта в бизнесе.

Цифры выглядят бодро: в апреле прошлого года на Indeed было 643 вакансии для инженеров внедрения, а за год их число выросло до более чем 5,3 тыс. Это примерно плюс 729%.

 

FDE нужны компаниям, чтобы не просто купить ИИ, а реально встроить его в рабочие процессы. Такой специалист приходит к клиенту, разбирается, где у него всё болит, и помогает настроить ИИ-инструменты так, чтобы они не просто красиво смотрелись в презентации, а действительно ускоряли работу.

Формат во многом популяризировала Palantir: её инженеры работали напрямую с клиентами и делали ПО под конкретные задачи. Теперь похожий подход становится особенно востребованным из-за корпоративного ИИ. Anthropic, OpenAI, Palantir, Stripe и Google Cloud уже нанимают таких специалистов или расширяют набор.

Деньги тоже неплохие: по данным Indeed, зарплаты FDE находятся в диапазоне от $170 (12 млн рублей) тыс. до $200 тыс. (14 млн рублей) в год.

Беззубый закон: Касперская раскритиковала регулирование ИИ в нынешнем виде

Президент группы компаний InfoWatch Наталья Касперская раскритиковала законопроект об искусственном интеллекте, который Госдума приняла в первом чтении. В интервью Бизнес ФМ она заявила, что в нынешнем виде документ выглядит беззубым и не решает ключевые риски, ради которых, по её словам, его изначально и обсуждали.

Касперская напомнила, что сначала речь шла о регулировании опасных сценариев применения ИИ: например, о ситуациях, где нейросети могут галлюцинировать, давать неверные ответы и влиять на чувствительные сферы.

Тогда логичный вопрос: кто несёт ответственность за последствия. Но теперь, по её мнению, законопроект скорее предписывает использование технологии, чем ограничивает вредные применения.

Отдельно она прошлась по теме авторских прав. По словам Касперской, если закон фактически позволит использовать чужие произведения для обучения ИИ без нормальной компенсации авторам, это станет серьёзной проблемой и может конфликтовать с Гражданским кодексом.

Она не согласилась с аргументом, что человек тоже читает книги и обучается на чужом творчестве. Разница, по её словам, в том, что человек покупает книгу и получает право пользоваться контентом, а ИИ может один раз взять произведение, затем бесконечно размножать похожий результат и лишить автора заработка. Касперская назвала это технологичным совершенствованием пиратства.

Ещё одна претензия — попытка закрепить в законе конкретные технологии. В документе, например, говорится о больших фундаментальных моделях, но ничего не сказано об ИИ-агентах. По мнению Касперской, это странный подход: технологии быстро меняются, и закон может устареть быстрее, чем его успеют дописать.

Разработчики законопроекта ранее говорили, что он носит рамочный характер, а спорные вопросы будут регулироваться подзаконными актами. Минцифры обещало представить первые документы уже к осени, в том числе по теме авторских прав. Но пока, судя по реакции Касперской, у индустрии вопросов к этому ИИ-регулированию больше, чем ответов.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru