Поправки в УК: криптовалюта теперь подлежит аресту и конфискации

Поправки в УК: криптовалюта теперь подлежит аресту и конфискации

Поправки в УК: криптовалюта теперь подлежит аресту и конфискации

Правительство одобрило поправки в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, которые приравнивают цифровые активы, включая криптовалюту, к имуществу. Нововведения предусматривают возможность их ареста и изъятия.

Законопроект был анонсирован ещё в марте на заседании коллегии Министерства юстиции.

«Проведена кропотливая совместная работа по вопросу признания цифровой валюты имуществом для целей уголовного и уголовно-процессуального законодательства, а также по разрешению вопросов, связанных с наложением ареста и признанием цифровой валюты вещественным доказательством», — отмечалось в официальном сообщении ведомства по итогам коллегии.

По данным газеты «Известия», правительственная комиссия одобрила поправки 14 апреля. По мнению их авторов, документ устраняет правовую неопределённость, которая затрудняла работу следственных и оперативных органов при расследовании преступлений. В то же время эксперты указывают, что многие сложности, в частности, связанные с установлением владельцев криптоактивов, остаются нерешёнными.

«Долгое время в законодательстве отсутствовала ясность по поводу регулирования преступлений, связанных с цифровыми валютами. Законопроект должен устранить этот пробел», — заявил «Известиям» председатель правления Ассоциации юристов России Владимир Груздев.

При этом он напомнил, что криптовалюта уже признана имуществом в законах «О противодействии легализации доходов, полученных преступным путём, и финансированию терроризма» и «О противодействии коррупции». Новые поправки закрепляют такой статус в рамках всего уголовного законодательства.

«Следственные органы получат возможность изымать криптовалюту, конфисковывать её и рассматривать как полноценный объект уголовно-правового регулирования. Сейчас аресты и изъятия уже осуществляются, но механизм обращения взыскания пока не урегулирован», — отметил старший партнёр Criminal Defense Firm Александр Редькин. По его мнению, поправки позволят эффективнее бороться с преступлениями, где криптовалюта используется как средство расчёта или хранения нелегальных доходов.

Как подчёркивается в пояснительной записке, действующее законодательство не обеспечивает надлежащую сохранность цифровых активов. Поправки в УПК предусматривают конкретные меры, которые сотрудники следственных органов должны применять при работе с такими средствами.

Владимир Груздев уточнил, что порядок действий зависит от типа криптовалютного кошелька: при наличии «холодного» кошелька изымаются соответствующие носители, а при использовании «горячего» средства переводятся на специальный счёт. Однако он отметил, что механизм компенсации ущерба в законопроекте до конца не проработан.

«Регулирование в этой сфере остаётся крайне сложной задачей из-за трансграничного характера и децентрализованной природы большинства криптовалют», — считает адвокат Адыгейской республиканской коллегии адвокатов Екатерина Кутузова. По её словам, особую трудность представляет отслеживание транзакций, скрытых от посторонних, что затрудняет доказывание покупок в даркнете.

Александр Редькин также отметил, что у ФССП отсутствуют отлаженные механизмы по изъятию криптовалюты. Вынужденно её приходится конвертировать в традиционные валюты. Кроме того, остаются нерешёнными вопросы, касающиеся идентификации владельцев цифровых активов.

Тем не менее случаи изъятия криптовалюты уже имели место, в том числе в резонансных делах. Так, 14 января 2025 года был вынесен приговор бывшему следователю Марату Тамбиеву по делу о взятке в рекордном размере.

В декабре 2024 года по делу о взятках у бывшего сотрудника МВД Георгия Сатюкова были изъяты криптоактивы на сумму более 2 млрд рублей. Криптовалюта также фигурировала в деле кибергруппировки REvil, участники которой были задержаны 14 января 2022 года.

Каждая пятая утечка уже связана с теневым использованием ИИ

Сотрудники всё чаще отправляют рабочие данные в нейросети быстрее, чем службы ИБ успевают понять, что вообще происходит. По данным «Информзащиты», в июле 2026 года уже 20% организаций, столкнувшихся с утечками, хотя бы частично связали инциденты с несанкционированным использованием ИИ. Годом ранее таких случаев было около 12%.

И это не безобидное попросил чат-бота поправить письмо. В публичные ИИ-сервисы загружают договоры, исходный код, внутреннюю переписку, клиентские обращения и техническую документацию.

На веб-интерфейсы нейросетей приходится около 42% подобных инцидентов. Ещё 24% утечек связаны с браузерными расширениями и ИИ-помощниками.

Они получают доступ к вкладкам, истории сессий и cookie, а потом тихо делают то, на что им когда-то нажали «Разрешить». Самостоятельно подключённые API и библиотеки дают ещё 19%, инструменты для программирования — 15%.

Проблема в том, что классические средства защиты часто не видят ничего подозрительного. Домен легитимный, TLS работает, вредоносной сигнатуры нет. Только конфиденциальный документ уже уехал во внешний сервис.

Почти у трети компаний, использующих ИИ, находят хотя бы один API-ключ или секрет в небезопасном месте: конфигурациях, тестовых скриптах, рабочих станциях и Git-репозиториях. Получив такой ключ, атакующий может не только потратить чужой бюджет, но и добраться до подключённых баз данных и RAG-хранилищ.

Дороже всего здесь обходится позднее обнаружение. Инциденты с теневым ИИ в среднем увеличивают ущерб примерно на $670 тыс.

Эксперты советуют начинать не с тотальных запретов, а с инвентаризации сервисов, поиска ключей, контроля расширений и классификации данных. Потому что запретить ChatGPT приказом легко. Гораздо сложнее заметить, что сотрудник уже загрузил туда половину проекта.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru