Linux-зловреда Mirai наняли тестировать DDoS-бот с функциями шифровальщика

Linux-зловреда Mirai наняли тестировать DDoS-бот с функциями шифровальщика

Linux-зловреда Mirai наняли тестировать DDoS-бот с функциями шифровальщика

Обнаружен вариант Mirai-подобного бота, загружающий нового вредоноса Medusa, написанного на Python. В Cyble изучили дополнительный бот и выяснили, что он умеет проводить DDoS-атаки, брутфорсить Telnet, открывать бэкдор, а также шифровать файлы и требовать выкуп. Некоторые функции работают некорректно, что может говорить о стадии разработки.

При активации IoT-бот Mirai подключается к C2-серверу, расположенному во Франции, получает файл medusa_stealer.sh и запускает его на исполнение. В сценарии прописаны команды на загрузку (с болгарского сервера) и запуск клиента Medusa на Linux-устройствах разных архитектур: MIPS, MIPSel (32-битная little-endian MIPS), SH-4, x86, ARMv6, i586, i686, PowerPC, M86K, SPARC.

В блоках инструкций нового бота встречаются фразы на французском языке. После запуска вредонос собирает информацию о системе (имя пользователя, имя хоста, IP-адрес, тип ОС, потребление ресурсов CPU и RAM, число ядер процессора, UUID) и отправляет ее на свой сервер через POST-запрос с кастомным заголовком User-Agent: Medusa-Stealer/1.0.

В ответ он может получить команду на проведение DDoS-атаки уровня 3, 4 или 7, в том числе с подменой IP-адреса источника. Однако экспертов больше заинтересовала функция MedusaRansomware(), необычная для IoT-зловреда.

Ее выполнение предполагает поиск файлов с конкретными расширениями и шифрование содержимого 256-битным ключом AES (исключение составляют системные файлы). К имени зашифрованных файлов добавляется расширение .medusastealer; по завершении процесса зловред выжидает 24 часа, а затем стирает все файлы на дисках, включая «C:».

Под занавес Medusa выводит сообщение с требованием выкупа и инструкциями для жертвы — данные к этому моменту уже уничтожены. Аналитики предположили, что виной тому недосмотр вирусописателей.

 

Новоявленный бот также умеет проводить брутфорс-атаки на сервисы Telnet. С этой целью ему придан сканер портов 23 и списки ходовых юзернеймов и паролей. Установив соединение, зловред передает полезную нагрузку — infection_medusa_stealer.

В списке принимаемых команд Medusa числятся также FivemBackdoor и sshlogin. Выполнение первой должно обеспечить оператору скрытый доступ к зараженному устройству, вторая, по всей видимости, запускает попытки брутфорса SSH. Однако соответствующих кодов у бота не обнаружено — возможно, это просто задел под дальнейшее развитие вредоносного проекта.

После слива исходников Mirai его производные стали быстро плодиться; к сожалению, эта угроза актуальна и по сей день. В середине прошлого года многочисленные наследники Mirai возглавили рейтинг IoT-зловредов, составленный Kaspersky. Наблюдения Cyble показывают, что ситуация пока не изменилась.

В России нашли многократные расхождения цен в госзакупках ПО

Счётная палата обнаружила серьёзный разброс цен при госзакупках одного и того же российского ПО. В ряде случаев стоимость лицензий отличалась в несколько раз, иногда до шести. Проверка охватила закупки 2022–2025 годов и затронула решения таких вендоров, как «Лаборатория Касперского», «Группа Астра», Postgres Professional, «Мой офис» и другие.

Об этом говорится в отчёте аудитора Данила Шилкова, с которым ознакомились «Ведомости».

Например, при закупке Kaspersky Endpoint Security для бизнеса в небольших объёмах (до 100 лицензий) цена за одну лицензию колебалась от 445 до 2862 рублей — разница составила 6,4 раза. Даже при крупных закупках разброс был заметным: от 529 до 1632 рублей за лицензию.

Схожая картина и по другим продуктам. По данным Счётной палаты, цена лицензии «Р7-Офис» в госконтрактах отличалась почти вдвое от рекомендованной производителем. А бессрочная лицензия Astra Linux Special Edition для сервера закупалась по цене от 18 400 до 109 400 рублей за экземпляр — разница почти в шесть раз.

Отдельно аудиторы отметили две закупки Postgres Professional, где 24 и 12 лицензий стоили по 8,8 млн рублей за единицу. В отчёте уточняется, что высокая цена связана с безлимитным использованием лицензий.

Почему так происходит? Эксперты напоминают: госзакупки регулируются законами № 44-ФЗ и № 223-ФЗ, а для ПО не существует единого обязательного «прайс-листа». Заказчики обосновывают начальную максимальную цену контракта (НМЦК) разными способами: через коммерческие предложения, анализ рынка, референтные контракты и т. п. Кроме того, в цену могут входить разные сроки лицензий, техподдержка, внедрение и дополнительные услуги.

По словам экспертов, ценовой разрыв в таких условиях — не редкость. Однако шестикратная разница может говорить либо о злоупотреблениях, либо о том, что в статистике учитывались «сборные» лоты, где на цену влияли сопутствующие услуги, а не только сама лицензия.

Счётная палата предложила ужесточить правила. В частности, Минцифры рекомендовано разработать типовые условия госконтрактов на поставку ОС и ПО — с обязательным указанием полной конфигурации, срока действия лицензии и параметров техподдержки. Минфину и Минцифры также предложено актуализировать каталог товаров, работ и услуг (КТРУ) и доработать реестр российского ПО с каталогом конфигураций и цен. Срок — до 1 июля 2026 года.

В Минцифры отметили, что повышение прозрачности закупок позволит отслеживать динамику цен и принимать меры для справедливого ценообразования. При этом регулятор напомнил, что нормативная база уже развивается: в 2025 году был принят закон о «доверенном» ПО, и сейчас готовятся требования к такой категории продуктов.

Вендоры, в свою очередь, указывают, что рекомендованные розничные цены не являются обязательными для партнёров, а конечная стоимость формируется с учётом условий конкретного контракта.

Эксперты считают, что введение типовых условий и референтных цен может сократить разброс и упростить контроль. Но полностью устранить различия в стоимости вряд ли получится — слишком многое зависит от конкретного проекта, архитектуры и набора сервисов.

Тем не менее аудит показал: прозрачность ценообразования в госзакупках ПО остаётся актуальной темой, особенно на фоне масштабного перехода на отечественные решения.

Своей позицией с нами поделились представители «Группы Астра»:

«Наша бизнес-модель не подразумевает прямых продаж. Мы работаем через дистрибьюторов и партнеров, которые и устанавливают для заказчика окончательную цену.

При этом важно понимать, что цена на конкретный продукт формируется от модели лицензирования, типа и срока обновлений и технической поддержки.

Также стоит отметить, что любой корпоративный ИТ-проект уникален с точки зрения особенностей существующей инфраструктуры заказчика, его требований к решению, наличия на его стороне необходимых для внедрения и поддержки компетенций, сроков реализации и множества других факторов, которые могут влиять на стоимость всего комплекса работ по модернизации ИТ-системы».

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru