35% субъектов КИИ столкнулись с нехваткой средств при переходе на ПАКи

35% субъектов КИИ столкнулись с нехваткой средств при переходе на ПАКи

35% субъектов КИИ столкнулись с нехваткой средств при переходе на ПАКи

Компания К2Тех опросила более сотни представителей организаций, подпадающих под закон о критической информационной инфраструктуре (КИИ), чтобы выяснить, с какими проблемами они сталкиваются при переходе на доверенные программно-аппаратные комплексы (ПАКи).

Результаты исследования показали: главные сложности связаны с финансированием, неясными регуляторными требованиями и отсутствием чётких методик внедрения.

Что изменилось в законе

Закон о КИИ действует с 2017 года. Ранее компании самостоятельно определяли значимость своих объектов исходя из потенциальных рисков.

С 1 сентября 2025 года вступили в силу поправки, обязывающие использовать на таких объектах только российское программное обеспечение. Пока Минцифры готовит уточняющие документы по срокам и деталям перехода, участники рынка пытаются разобраться, как действовать в новых условиях.

Главная проблема — деньги

По данным опроса, 35% компаний считают основной трудностью высокие затраты на адаптацию инфраструктуры. Проведение аудита, закупка отечественных решений и постепенная миграция требуют значительных инвестиций. Особенно это касается коммерческих организаций, где финансовая поддержка со стороны государства пока ограничена.

Ещё 18% респондентов отметили, что не до конца понимают, как действовать: терминология и регуляторные механизмы пока сформулированы нечетко, а требования к доверенным системам часто трактуются по-разному.

Неясные определения и ответственность

На рынке по-прежнему нет единых критериев, что считать доверенным ПАКом, — из-за этого и производители, и заказчики несут дополнительные риски. По мнению участников отрасли, необходимо закрепить это понятие на уровне нормативных актов и создать реестр доверенных ПАКов, чтобы заказчики могли уверенно выбирать решения, соответствующие требованиям государства.

Проблемы совместимости

Отдельная боль — производительность и совместимость оборудования и ПО. Даже решения из государственных реестров не всегда корректно работают вместе. Вендоры и интеграторы сейчас создают матрицы совместимости и тестируют комбинации решений, чтобы убедиться, что они действительно совместимы.

Крупные компании, такие как госкорпорации, создают отраслевые полигоны для проверки импортонезависимых решений в реальных условиях. Поддержку этой работе оказывают и регуляторы — например, через межотраслевые рабочие группы.

Практический опыт

По словам представителей отрасли, переход «в лоб» с импортных решений на отечественные часто оказывается слишком рискованным. Компании предпочитают разбивать процесс на этапы — сначала проводить аудит, затем переходить по отдельным подсистемам.

Также важна сертификация компонентов: использование проверенных версий ОС и СУБД помогает избежать проблем с производительностью и безопасностью.

Эксперты подчёркивают, что важно учитывать не только программную часть, но и киберустойчивость всей инфраструктуры. Каждый элемент должен иметь свои средства защиты, чтобы компрометация одной системы не повлекла за собой сбой остальных.

Готовых решений пока нет

Участники рынка признают: готовых универсальных решений для всех отраслей пока нет. Российские аналоги сложных систем вроде АСУ ТП и ERP по функциональности пока уступают зарубежным. Поэтому компании вынуждены искать компромиссы — где-то снижать требования к производительности, а где-то пересматривать архитектуру бизнес-процессов.

Что дальше

Несмотря на трудности, эксперты уверены: успешный переход на доверенные ПАКи возможен к 2029 году. Но для этого необходима совместная работа всех участников — государства, производителей, интеграторов и заказчиков.

Главный смысл перехода — не просто выполнение формальных требований, а создание устойчивой, независимой и безопасной инфраструктуры, на которую действительно можно опереться.

Угрозы, слежка и звонки: что делать, если вас преследует сталкер

Чемпионка мира по фигурному катанию Елизавета Туктамышева рассказала, что с января 2025 года её преследует поклонник. История вновь подсветила неприятный пробел: отдельной ответственности за сталкинг в России пока нет. Но это не значит, что преследователь получил юридический абонемент на вседозволенность.

Сталкингом называют систематическое нежелательное внимание: слежку, дежурство у дома или работы, навязчивые звонки, подарки, попытки выйти на связь через знакомых и использование персональных данных.

Согласно исследованию Russian Field, с таким поведением сталкивались 22% россиян — почти каждый четвёртый.

Само преследование отдельным составом преступления не считается, однако конкретные действия могут подпадать под УК или КоАП. Речь идёт об угрозах убийством, побоях, причинении вреда здоровью, незаконном проникновении в жилище, порче имущества, мелком хулиганстве, клевете и нарушении неприкосновенности частной жизни.

Например, публикация интимных фотографий без согласия может получить правовую оценку по статье 137 УК РФ.

Главный совет юристов, который передаёт «Фонтанка», — фиксировать всё. Сохранять сообщения и ссылки, делать скриншоты с датой и временем, записывать звонки, устанавливать камеру у двери, обращаться к врачам после нападения.

Если сталкер ломится в квартиру, нужно вызывать полицию. Заявление обязаны принять и выдать талон-уведомление. Чем подробнее собраны доказательства, тем сложнее превратить реальную угрозу в очередную отписку в стиле «вам же пока ничего не сделали».

Депутаты Ксения Горячева и Сардана Авксентьева предлагают закрыть пробел отдельным законом. Обновлённый законопроект предусматривает охранные ордера: суд сможет запретить сталкеру приближаться к человеку, связываться с ним и появляться в привычных для жертвы местах.

Пока закон снова путешествует по кабинетам, работает общественный проект «Ключевое слово». Более 450 заведений в 60 регионах готовы укрыть преследуемую женщину в служебном помещении, вызвать полицию или помочь уйти через запасной выход.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru