Минцифры готовит закон о принудительном лицензировании зарубежного ПО

Минцифры готовит закон о принудительном лицензировании зарубежного ПО

Минцифры готовит закон о принудительном лицензировании зарубежного ПО

В правительстве ищут способы продлить жизнь зарубежному софту. Механизм предполагает оплату за использование ПО на спецсчета до востребования правообладателя. Параллельно будет идти декриминализация нелицензионного использования софта. Мнения в отрасли разделились на “за” и “против”.

О декабрьском письме директора департамента развития ИТ-отрасли Минцифры Дмитрия Никитина в “Общественную потребительскую инициативу” сообщает “Ъ”.

В условиях ухода из России иностранных разработчиков ПО вопрос его использования “приобретает особую актуальность и 

требует регулирования”, пишет чиновник.

В связи с этим правительство “прорабатывает вопрос определения специальных условий использования иностранного ПО, в отношении которого невозможно исполнение добросовестными российскими пользователями действующих договорных обязательств”.

Минцифры вместе с участниками рынка обсуждает законопроект, который, с одной стороны, “декриминализует” нелегальное использование софта зарубежных компаний, прекративших поддержку и обновление ПО в России, а с другой — запустит механизм его принудительного лицензирования.

Российские клиенты будут перечислять оплату на спецсчет, правообладателям средства “будут переведены по первому требованию”.

“Декриминализация” нелегального использования софта значительно замедлит темпы импортозамещения ПО и нанесет урон всему российскому ИТ-рынку, считает гендиректор компании “МойОфис” Павел Калякин.

“Кроме того, иностранные производители программных продуктов могут использовать любые возможные способы для удаленного контроля за действиями российских пользователей”, — опасается он.

Напомним, в начале декабря “МойОфис” запросил госгранты на доработку своего софта на сумму в 1,38 млрд руб.

Реализация инициативы будет, “по сути, просто ожиданием возвращения правообладателей в страну”, считает глава Datana Владимир Захаров.

В то же время гендиректор iPavlov Лоран Акобян не видит противоречий механизма принудительного лицензирования с импортозамещением ПО:

“Их сочетание позволяет в нестабильные времена обеспечивать беспрерывное использование ПО, необходимого критическим ИТ-системам”.

Глава совета директоров “Базальт СПО” Алексей Смирнов считает, что мера необходима, но ее следует доработать.

“Логично установить двойную оплату софта, при котором 50% средств идет на спецсчет, а еще 50% — на поддержку российских разработчиков”, — предлагает Смирнов.

Добавим, накануне стало известно, что компания Microsoft снова открыла доступ к установке Windows пользователям из России, а отечественный вендор ICL вышел с инициативой запретить ввоз в страну зарубежных компьютеров даже по параллельному импорту.

В 6 из 10 случаев цифровой агрессор — знакомый человек

Цифровое насилие — это не только мутные анонимы из интернета и токсичные комментарии от людей с аватаркой кота. По данным глобального отчёта «Лаборатории Касперского», почти 60% жертв сталкивались с цифровым насилием со стороны людей из своего окружения.

Чаще всего агрессорами оказывались друзья — на них пришлось 15% случаев. Дальше идут нынешние партнёры — 10%, коллеги — 8%, члены семьи — 7% и бывшие партнёры — 6%.

То есть проблема часто сидит не где-то «в интернете вообще», а в переписках, семейных чатах, отношениях, работе и других местах, где вроде бы должно быть безопаснее.

Отдельно исследователи отмечают неприятную закономерность: люди, которые сталкивались с цифровым насилием со стороны друзей, партнёров или родственников, чаще признавались, что сами допускали похожее поведение по отношению к близким.

Это может говорить о том, что цифровая агрессия иногда превращается в привычный стиль общения: контроль, давление, слежка, обиды и месть переезжают в смартфон и становятся частью повседневности.

В Нижегородском женском кризисном центре отмечают, что цифровое насилие нередко используется как инструмент контроля, преследования и психологического давления со стороны близких людей. По данным центра, 72% обращений связаны с насилием со стороны супруга или партнёра, ещё 10% — со стороны родителей или родственников.

Поколенческий разрыв тоже заметен. Среди зумеров 81% знают термин «цифровое насилие», а почти 60% заявили, что за последний год сталкивались хотя бы с одной его формой. Среди беби-бумеров термин знаком 64% респондентов.

Женщины чаще говорят о чувстве уязвимости в цифровой среде. Небезопасно в интернете себя чувствуют 62,5% респонденток против 54% мужчин.

Психологи подчёркивают: когда агрессором становится знакомый человек, вред ощущается сильнее. К страху и потере контроля добавляется предательство, особенно если речь идёт о партнёре, друге, бывшем партнёре или коллеге. А технологии превращаются в инструмент кибермести: доступ к аккаунтам, переписки, фотографии, геолокация и старые пароли внезапно становятся оружием.

С точки зрения кибербезопасности эта история тоже сложнее обычной атаки. Угроза может идти не от неизвестного хакера, а от человека, у которого когда-то был доступ к устройству, аккаунту, семейной подписке, общему облаку или паролю на всякий случай.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru