В России могут ограничить работу Microsoft из-за Лаборатории Касперского

В России могут ограничить работу Microsoft из-за Лаборатории Касперского

В России могут ограничить работу Microsoft из-за Лаборатории Касперского

Заявление о том, что власти России могут «попросить» корпорацию Microsoft покинуть территорию страны сделал советник президента по развитию интернета Герман Клименко. Выступая на конференции «Интернет после глобальности», Клименко назвал подобные меры «ответом» на санкции, наложенные властями США на «Лабораторию Касперского».

Клименко утверждает, что сейчас в стране «все хорошо с программистами», но не так все радужно, когда дело касается стыка «железа» и программного обеспечения.

Советник президента по развитию интернета последние два года пытается добиться развития тех направлений, которые имеют экспортный потенциал — это, конечно, со слов самого Клименко.

«Я надеюсь, что мы сможем гордиться теми проектами, где мы действительно хороши,— в искусственном интеллекте, нейронных сетях и т. д. Понятно, что в современном фрагментационном мире, когда “Касперского” просят покинуть Америку, а мы, скорее всего, попросим покинуть нас Microsoft, за этим занятно будет наблюдать»,— передают слова чиновника СМИ.

В прошлом году стало известно, что Сенат США планирует запретить использование антивирусных программ российской «Лаборатории Касперского» в госучреждениях и сотрудничающих с ними частных компаниях. В проекте запрета сказано, что ни одна организация, связанная с правительством, не должна использовать «прямо или косвенно» никаких продуктов, разработанных «целиком или  частично» в «Лаборатории Касперского».

Чуть позже представители антивирусной компании подали иск против правительства США. «Лаборатория Касперского» намерена обжаловать решение Министерства внутренней безопасности США (Department of Homeland Security – DHS) о запрете использования продуктов компании в американских органах власти. Как считает компания, соответствующий приказ 17-01, основанный на неподтвержденных и анонимных сообщениях в СМИ, слухах и ложных обвинениях в ее адрес, нанес значительный ущерб как репутации «Лаборатории Касперского», так и ее бизнесу на американском рынке.

Баги в ядре Linux скрываются в среднем 2 года, а иногда и 20 лет

История с первой CVE для Rust-кода в ядре Linux, которая недавно привела к падениям системы, выглядела почти как повод для оптимизма. В тот же день для кода на C зарегистрировали ещё 159 CVE — контраст показательный. Но новое исследование напоминает: проблема не только в языках программирования.

Гораздо тревожнее первой Linux-дыры в коде на Rust тот факт, что многие ошибки в ядре Linux могут годами, а иногда и десятилетиями оставаться незамеченными.

Исследовательница Дженни Гуанни Ку из компании Pebblebed проанализировала 125 183 бага за почти 20 лет развития ядра Linux — и результаты оказались, мягко говоря, неожиданными.

 

По данным исследования, средний баг в ядре Linux обнаруживают через 2,1 года после его появления. Но это ещё не предел. Самый «долгоиграющий» дефект — переполнение буфера в сетевом коде — прожил в ядре 20,7 года, прежде чем на него обратили внимание.

Важно уточнить: речь идёт о багах в целом, а не только об уязвимостях. Лишь 158 ошибок из всей выборки получили CVE, остальные могли приводить к сбоям, нестабильности или неопределённому поведению, но не обязательно к эксплуатации.

Исследование опирается на тег Fixes:, который используется в разработке ядра Linux. Когда разработчик исправляет ошибку, он указывает коммит, в котором баг был добавлен. Дженни написала инструмент, который прошёлся по git-истории ядра с 2005 года, сопоставил такие пары коммитов и вычислил, сколько времени баг оставался незамеченным.

В датасет вошли данные до версии Linux 6.19-rc3, охватывающие период с апреля 2005 по январь 2026 года. Всего — почти 120 тысяч уникальных исправлений от более чем 9 тысяч разработчиков.

Оказалось, что скорость обнаружения ошибок сильно зависит от подсистемы ядра:

  • CAN-драйверы — в среднем 4,2 года до обнаружения бага;
  • SCTP-стек — около 4 лет;
  • GPU-код — 1,4 года;
  • BPF — всего 1,1 года.

Проще говоря, чем активнее подсистема используется и исследуется, тем быстрее там находят ошибки.

Отдельная проблема — неполные фиксы. Исследование показывает, что нередко разработчики закрывают проблему лишь частично. Например, в 2024 году был выпущен патч для проверки полей в netfilter, но уже через год исследователь нашёл способ его обойти.

Такие ситуации особенно опасны: создаётся ощущение, что проблема решена, хотя на самом деле она просто сменила форму.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru