Обороты компьютерной преступности больше, чем вся мировая компьютерная индустрия

Обороты компьютерной преступности больше, чем вся мировая компьютерная индустрия

...

Начавшийся в этом месяце в США судебный процесс над международной
бандой хакеров, обвиняемых в краже на рекордную сумму 9,4 млн долларов,
- наглядный пример тому, насколько прибыльной может быть компьютерная
преступность. Большинству людей этот бизнес знаком как минимум по
компьютерным вирусам, спаму в электронной почте, "пиратским"
компьютерным программам, кино и музыке, однако мир киберпреступлений
намного разнообразнее.

Для
современных преступников, обычных, не компьютерных, программа
интернет-телефонии Skype — такой же подаренный прогрессом инструмент,
каким 100 лет назад была сейфовая отмычка для медвежатников.

Компьютер
стал частью жизни современного человека, так что надо или записать в
компьютерную преступность все преступления вообще, или, что логичнее,
ограничиться преступлениями, совершенными благодаря новым высоким
технологиям.

В подавляющем большинстве случаев такие
преступления имеют финансовую составляющую — деньги в интернете
отбираются у жертв или путем воровства, или путем мошенничества, иногда
с использованием обоих методов.

Уже простое перечисление
деяний, которые подпадают в наши дни под понятие киберпреступности,
показывает, насколько многолик мир компьютерных нарушений закона:

- хакинг и кракинг (написание вредоносных программ и взлом систем защиты программного обеспечения);

- нарушение авторских прав; "кража личности" (чужих персональных данных);

- кража номеров кредитных карт и банковских счетов;

- отмывание полученных преступным путем средств через интернет;

- кибермошенничество, в том числе мошенничество на интернет-аукционах;

- старый добрый спам.

Кроме
того, к компьютерной преступности любят причислять любое
правонарушение, в котором был использован интернет: оскорбления,
возбуждение расовой (национальной, религиозной и т. д.) розни, клевета,
даже убийства и сексуальные преступления.

В 2008 году ФБР
рапортовало о том, что компьютерная преступность впервые в истории
превысила по оборотам наркобизнес, став самым крупным видом нелегальной
деятельности с ежегодным доходом более 1 трлн долларов.

Об этом
триллионе в прошлом году говорили многие источники. Пять лет назад
борцы с киберпреступностью говорили о 150 млрд. Однако мало кто услышал
слова Ричарда Стеннона, эксперта по компьютерной безопасности из
компании IT-harvest, обратившего внимание на то, что 1 трлн долларов —
это больше, чем вся мировая компьютерная индустрия, больше, чем ВВП
Саудовской Аравии, больше, чем прибыль десяти ведущих компаний США.

По
опыту прошлого известно, что использование достижений прогресса
преступниками вызывает со стороны общества различные меры
противодействия, в том числе использование технических средств для
борьбы с преступностью. Так, например, железные двери и охранная
сигнализация здорово помогли в борьбе с кражами со взломом.

Интернет упрощает жизнь мошенникам, но одновременно благодаря ему быстрее распространяется информация о новых аферах.

Интернет
— относительно молодое явление, своеобразный дикий Запад с
неустоявшимися законами. Потому можно практически безошибочно
предсказывать рост компьютерной преступности в ближайшем будущем, и
почти столь же уверенно можно прогнозировать, что рано или поздно
общество возьмет ее под контроль в гораздо большей степени, чем сейчас.

 "Коммерсант-Деньги"

ИИ сказал — ты согласился: учёные описали феномен когнитивной капитуляции

Исследователи из Университета Пенсильвании предложили новое объяснение тому, как люди взаимодействуют с ИИ. По их мнению, всё чаще пользователи не просто пользуются нейросетями, а буквально «сдаются» им. Этот феномен специалисты назвали «когнитивной капитуляцией» (cognitive surrender).

Если раньше люди использовали технологии вроде калькуляторов или GPS для отдельных задач — «разгружали» мозг, но сохраняли контроль, — то с ИИ ситуация меняется.

Всё чаще пользователи просто принимают ответы модели за истину, не проверяя и не анализируя их. Причём, как отмечают исследователи, это особенно заметно, если ответ звучит уверенно, гладко и без лишних сложностей. В таком случае у человека просто не включается внутренний «режим сомнения».

Чтобы проверить это, учёные провели серию экспериментов с участием более 1300 человек. Им предложили задачи на когнитивное мышление с подвохом, который требует не интуиции, а вдумчивого анализа.

Часть участников могла пользоваться ИИ-помощником, но с нюансом: модель специально давала неправильные ответы примерно в половине случаев. Результат оказался показательным.

 

Когда ИИ отвечал правильно, пользователи соглашались с ним в 93% случаев. Но даже когда он ошибался, люди всё равно принимали его ответ в 80% случаев. То есть большинство просто не перепроверяло результат, даже если он был неверным.

В среднем участники соглашались с ошибочным ИИ в 73% случаев и оспаривали его лишь в 19,7% случаев.

Более того, у тех, кто пользовался ИИ, уровень уверенности в своих ответах оказался выше — даже несмотря на то, что половина этих ответов была неправильной.

 

Интересно, что поведение менялось в зависимости от условий. Например, если участникам давали небольшие денежные стимулы за правильные ответы и мгновенную обратную связь, они чаще перепроверяли ИИ и исправляли ошибки. А вот дефицит времени, наоборот, усиливал зависимость от модели: под давлением дедлайна люди ещё охотнее доверяли ИИ.

Не все оказались одинаково уязвимы. Люди с более высоким уровнем так называемого флюидного интеллекта (fluid IQ) реже полагались на ИИ и чаще замечали его ошибки. А вот те, кто изначально воспринимал ИИ как авторитетный источник, чаще попадались на неверные ответы.

При этом сами исследователи подчёркивают: «когнитивная капитуляция» — не обязательно зло сама по себе. Если ИИ действительно работает лучше человека, логично ему доверять, особенно в задачах вроде анализа данных или оценки рисков.

Но есть важный нюанс: качество мышления в таком случае напрямую зависит от качества самой модели.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru