Обороты компьютерной преступности больше, чем вся мировая компьютерная индустрия

Обороты компьютерной преступности больше, чем вся мировая компьютерная индустрия

...

Начавшийся в этом месяце в США судебный процесс над международной
бандой хакеров, обвиняемых в краже на рекордную сумму 9,4 млн долларов,
- наглядный пример тому, насколько прибыльной может быть компьютерная
преступность. Большинству людей этот бизнес знаком как минимум по
компьютерным вирусам, спаму в электронной почте, "пиратским"
компьютерным программам, кино и музыке, однако мир киберпреступлений
намного разнообразнее.

Для
современных преступников, обычных, не компьютерных, программа
интернет-телефонии Skype — такой же подаренный прогрессом инструмент,
каким 100 лет назад была сейфовая отмычка для медвежатников.

Компьютер
стал частью жизни современного человека, так что надо или записать в
компьютерную преступность все преступления вообще, или, что логичнее,
ограничиться преступлениями, совершенными благодаря новым высоким
технологиям.

В подавляющем большинстве случаев такие
преступления имеют финансовую составляющую — деньги в интернете
отбираются у жертв или путем воровства, или путем мошенничества, иногда
с использованием обоих методов.

Уже простое перечисление
деяний, которые подпадают в наши дни под понятие киберпреступности,
показывает, насколько многолик мир компьютерных нарушений закона:

- хакинг и кракинг (написание вредоносных программ и взлом систем защиты программного обеспечения);

- нарушение авторских прав; "кража личности" (чужих персональных данных);

- кража номеров кредитных карт и банковских счетов;

- отмывание полученных преступным путем средств через интернет;

- кибермошенничество, в том числе мошенничество на интернет-аукционах;

- старый добрый спам.

Кроме
того, к компьютерной преступности любят причислять любое
правонарушение, в котором был использован интернет: оскорбления,
возбуждение расовой (национальной, религиозной и т. д.) розни, клевета,
даже убийства и сексуальные преступления.

В 2008 году ФБР
рапортовало о том, что компьютерная преступность впервые в истории
превысила по оборотам наркобизнес, став самым крупным видом нелегальной
деятельности с ежегодным доходом более 1 трлн долларов.

Об этом
триллионе в прошлом году говорили многие источники. Пять лет назад
борцы с киберпреступностью говорили о 150 млрд. Однако мало кто услышал
слова Ричарда Стеннона, эксперта по компьютерной безопасности из
компании IT-harvest, обратившего внимание на то, что 1 трлн долларов —
это больше, чем вся мировая компьютерная индустрия, больше, чем ВВП
Саудовской Аравии, больше, чем прибыль десяти ведущих компаний США.

По
опыту прошлого известно, что использование достижений прогресса
преступниками вызывает со стороны общества различные меры
противодействия, в том числе использование технических средств для
борьбы с преступностью. Так, например, железные двери и охранная
сигнализация здорово помогли в борьбе с кражами со взломом.

Интернет упрощает жизнь мошенникам, но одновременно благодаря ему быстрее распространяется информация о новых аферах.

Интернет
— относительно молодое явление, своеобразный дикий Запад с
неустоявшимися законами. Потому можно практически безошибочно
предсказывать рост компьютерной преступности в ближайшем будущем, и
почти столь же уверенно можно прогнозировать, что рано или поздно
общество возьмет ее под контроль в гораздо большей степени, чем сейчас.

 "Коммерсант-Деньги"

Минцифры меняет схему передачи данных об активности в онлайн-кинотеатрах

Минцифры, похоже, нашло рабочую схему для передачи данных о просмотрах в онлайн-кинотеатрах компании Mediascope: обсуждается вариант, при котором данные будут идти через «Яндекс» и VK. Если эта конструкция действительно закрепится, рынок получит не просто новый порядок отчётности, а ещё один чувствительный узел в споре о том, где заканчивается медиаизмерение и начинается слишком подробный сбор пользовательской активности.

Сама история тянется с ноября 2025 года. Тогда министерство предложило расширить набор данных, которые соцсети и онлайн-кинотеатры передают Mediascope: в проекте фигурировали бессрочные идентификаторы пользователей, сформированные с использованием номера телефона, а также полная информация о просмотрах фильмов и сериалов.

Логика у ведомства была следующая: сейчас один и тот же человек на разных устройствах часто считается как несколько пользователей, а новый ID должен сделать статистику точнее.

Дальше начались споры уже не о теории, а о практической схеме. Ещё в конце декабря СМИ писали, что техническим посредником при передаче таких данных может стать Яндекс.

В компании тогда уверяли, что мобильные номера к ним не попадут: сервисы будут передавать уже обезличенные идентификаторы, а затем они пройдут дополнительное шифрование. Источники рынка при этом сразу предупреждали о другой стороне вопроса: через такого посредника в любом случае пойдут массивы данных десятков миллионов пользователей, а значит, вырастут и риски их сохранности.

Нашлись и другие претензии: сама идея постоянного идентификатора, привязанного к номеру телефона, для части рынка уже выглядит не как «чуть более точное измерение аудитории», а как слишком чувствительный маркер, который теоретически можно использовать не только для статистики.

На этом фоне новая схема, о которой пишет РБК, с посредниками выглядит как попытка снять хотя бы часть напряжения: не тащить всё напрямую в Mediascope, а проложить между сторонами дополнительный технический слой. Но главный вопрос никуда не делся: поверит ли рынок, что такая модель действительно снижает риски, а не просто делает маршрут данных длиннее.

Потому что для онлайн-кинотеатров и соцсетей это уже не абстрактная регуляторная дискуссия, а вполне конкретный разговор о том, сколько пользовательских данных придётся отдать, кому именно и на каких условиях.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru