56% бывших сотрудников оправдывают кражу корпоративной информации

56% бывших сотрудников оправдывают кражу корпоративной информации

Согласно результатам глобального исследования, проведенного компанией Symantec, половина сотрудников, оставивших или потерявших свои рабочие места за последние 12 месяцев, продолжают хранить ценную конфиденциальную информацию со своего прошлого места работы, а 40% из них планируют пользоваться этой информацией на своем будущем рабочем месте. Эти результаты показывают, что поведение и взгляды работников на проблему хищения интеллектуальной собственности идут вразрез с политикой большинства компаний в этом вопросе.

Работники не только считают приемлемым присваивать и использовать интеллектуальную собственность после ухода с прежнего места работы, но и думают, что компания, где они сейчас работают, безразлична к таким действиям. Всего лишь 47% респондентов говорят о том, что их организация применяет меры в случаях, когда сотрудники, вопреки правилам компании, присваивают ценную информацию. А 68% утверждают, что их компания не принимает мер против неправомерного использования своими сотрудниками конфиденциальной информации конкурентов. Организациям не удается создавать условия, формирующие у сотрудников ответственное отношение к проблеме защиты интеллектуальной собственности.

Главные выводы исследования:

●     Сотрудники хранят информацию повсюду, а после никогда ее не удаляют. 62% считают приемлемым перенос рабочих документов на личные компьютеры, планшеты, смартфоны, а также онлайн-сервисы обмена информацией. Большинство потом никогда не удаляют эту информацию, потому что не видят в ее хранении никакой опасности;

●     Большинство сотрудников не считают неправильным использование конкурентной информации, взятой у предыдущих работодателей. 56% работников не считают преступлением использовать конфиденциальную информацию конкурента; это ошибочное представление подвергает их нынешних работодателей риску невольно стать пользователем украденной информации;

●     Работники признают право на интеллектуальную собственность за ее автором. 44% работников считают, что разработчик программного обеспечения, написавший для компании исходный код программы, обладает определенным правом собственности на свои разработки и открытия, а 42% сотрудников компаний не считают преступлением повторное использование исходного кода в проектах других компаний, без разрешения на то бывшего работодателя;

●     Организациям не удается создать культуру информационной безопасности. Всего лишь 38% работников считают, что их руководитель высоко оценивает важность проблемы защиты информации, а 51% считает приемлемым присваивать корпоративную информацию, поскольку их компания не строго относится к соблюдению собственных правил.

Рекомендации:

●    Обучение сотрудников. Организация должна дать понять своим сотрудникам, что присваивать конфиденциальную информацию – неприемлемо. Представление о том, что такое хищение интеллектуальной собственности, должно быть неотъемлемой составляющей обучения корпоративной безопасности;

●    Действие согласно договору о неразглашении. В более чем половине случаев внутреннего хищения конфиденциальной информации компании, между сотрудником и работодателем имело место соглашение о неразглашении. Это показывает, что самого факта наличия соглашения, без эффективной правоприменительной практики, недостаточно. Язык соглашения должен быть более строгим и четким, а с сотрудниками, покидающими компанию, необходимо проводить беседу на тему их обязанностей по неразглашению конфиденциальной информации компании и возвращению всей имеющейся у них собственности и информации, принадлежащей компании. В ходе этой беседы сотрудник должен осознать, что в случае нарушения им соответствующих соглашений он будет привлечен к ответственности, и что хищение корпоративной информации будет иметь отрицательные последствия не только для него, но и для его будущего работодателя;

●    Технология слежения. Внедрение политики защиты данных, в рамках которой осуществляется отслеживание случаев неправомерного доступа и использования интеллектуальной собственности, а также автоматическое оповещение работников об осуществляемых ими нарушениях, повысит уровень осознания принимаемых мер по защите информации и предотвратит кражи.

«Зачастую самым опасным для компаний становятся не внешние угрозы, а обычные сотрудники, которые без зазрения совести присваивают конфиденциальную информацию лишь потому, что не считают, что это плохо. В итоге страдают все: компания, которая вложилась в разработку интеллектуальной собственности, присвоивший ее сотрудник, а также организация, которая, пусть об этом и не подозревая, ею воспользовалась – в последующем судебном процессе именно она становится обвиняемым, – поясняет Александр Суязов, технический консультант Symantec. – Одно лишь обучение сотрудников не решит проблему хищения интеллектуальной собственности. Компании должны внедрять технологии предотвращения утечек информации, чтобы следить за ее использованием и выявлять случаи, когда поведение сотрудника ставит безопасность конфиденциальных данных под угрозу. Думать о защите данных нужно до того, как информация покинула стены компании».

Для борьбы с кибермошенниками в ОП призвали перекрыть VPN в России

Член комиссии Общественной палаты по общественной экспертизе законопроектов и иных нормативных актов Евгений Машаров предложил ужесточить подход к VPN-сервисам в России. На круглом столе в ОП он заявил, что для борьбы с кибермошенничеством доступ к таким сервисам следует ограничивать, а у Роскомнадзора, по его мнению, для этого уже есть все технические возможности.

По словам Машарова, речь идёт о том, чтобы фактически перекрыть работу VPN на территории страны.

Он также добавил, что отказываться от иностранных мессенджеров нужно «начинать с себя» и делать ставку на площадки, которые соблюдают российское законодательство.

Отдельно он высказался и за ограничение доступа подростков к соцсетям до 16 лет, объяснив это тем, что многие несовершеннолетние, по его оценке, попадают к мошенникам именно через социальные платформы.

При этом важно понимать: пока это именно инициатива и публичная позиция представителя Общественной палаты, а не объявленное решение регулятора. Более того, ранее Роскомнадзор официально опровергал сообщения о том, что в России якобы уже прекращён прямой доступ к зарубежным VPN-серверам. Ведомство заявляло, что такие формулировки не соответствуют действительности.

Тем не менее давление на VPN действительно усиливается. По данным, которые в конце февраля приводили СМИ со ссылкой на Роскомнадзор, в России уже ограничен доступ к 469 VPN-сервисам. Кроме того, в прошлом месяце в России начались массовые сбои протокола VLESS.

На этом фоне заявления Машарова выглядят как продолжение уже идущей линии на ужесточение контроля за средствами обхода блокировок. Вопрос в том, перерастут ли эти идеи в конкретные законодательные меры и войдут ли они в новый пакет инициатив по борьбе с дистанционным мошенничеством, о котором он сам и говорит.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru