Геолокация будет использоваться при поиске пропавших детей

Геолокация будет использоваться при поиске пропавших детей

Геолокация будет использоваться при поиске пропавших детей

Для поиска пропавших детей необходимо использовать службу геолокации, которой оснащены смартфоны и другие мобильные девайсы подростков. Такого мнения придерживается Ирина Яровая, занимающая должность вице-спикера Госдумы. Соответствующий законопроект Яровая внесла на рассмотрение вчера.

Такой подход позволит правоохранительным органам, разыскивающим детей, оперативно получать соответствующие данные местоположения. Для этого потребуется лишь заявление от родителей или опекунов.

Проблема нынешнего положения вещей заключается в слишком сложной процедуре получения доступа к необходимым при поиске данным — сейчас для этого требуется решение суда. Теперь же, если документ примут, процедура значительно упроститься.

Если у пропавшего подростка с собой было устройство, принадлежащее другому человеку, потребуется его письменное согласие на получение данных о местоположении.

Яровая считает, что эта инициатива повысит эффективность поиска пропавших детей, так как геолокационные данные зачастую действительно могут упростить проведение розыскных мероприятий.

«Значительное количество пропавших имели при себе гаджеты, снабженные системой определения координат. В первые часы и даже дни устройства бывают включенными, что позволяет принять экстренные меры для нахождения ребенка», — передают СМИ слова автора документа.

В 6 из 10 случаев цифровой агрессор — знакомый человек

Цифровое насилие — это не только мутные анонимы из интернета и токсичные комментарии от людей с аватаркой кота. По данным глобального отчёта «Лаборатории Касперского», почти 60% жертв сталкивались с цифровым насилием со стороны людей из своего окружения.

Чаще всего агрессорами оказывались друзья — на них пришлось 15% случаев. Дальше идут нынешние партнёры — 10%, коллеги — 8%, члены семьи — 7% и бывшие партнёры — 6%.

То есть проблема часто сидит не где-то «в интернете вообще», а в переписках, семейных чатах, отношениях, работе и других местах, где вроде бы должно быть безопаснее.

Отдельно исследователи отмечают неприятную закономерность: люди, которые сталкивались с цифровым насилием со стороны друзей, партнёров или родственников, чаще признавались, что сами допускали похожее поведение по отношению к близким.

Это может говорить о том, что цифровая агрессия иногда превращается в привычный стиль общения: контроль, давление, слежка, обиды и месть переезжают в смартфон и становятся частью повседневности.

В Нижегородском женском кризисном центре отмечают, что цифровое насилие нередко используется как инструмент контроля, преследования и психологического давления со стороны близких людей. По данным центра, 72% обращений связаны с насилием со стороны супруга или партнёра, ещё 10% — со стороны родителей или родственников.

Поколенческий разрыв тоже заметен. Среди зумеров 81% знают термин «цифровое насилие», а почти 60% заявили, что за последний год сталкивались хотя бы с одной его формой. Среди беби-бумеров термин знаком 64% респондентов.

Женщины чаще говорят о чувстве уязвимости в цифровой среде. Небезопасно в интернете себя чувствуют 62,5% респонденток против 54% мужчин.

Психологи подчёркивают: когда агрессором становится знакомый человек, вред ощущается сильнее. К страху и потере контроля добавляется предательство, особенно если речь идёт о партнёре, друге, бывшем партнёре или коллеге. А технологии превращаются в инструмент кибермести: доступ к аккаунтам, переписки, фотографии, геолокация и старые пароли внезапно становятся оружием.

С точки зрения кибербезопасности эта история тоже сложнее обычной атаки. Угроза может идти не от неизвестного хакера, а от человека, у которого когда-то был доступ к устройству, аккаунту, семейной подписке, общему облаку или паролю на всякий случай.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru