В современном цифровом мире кибератака — это вопрос не «если», а «когда». Отразить атаку недостаточно: решающим фактором становится скорость и правильность реагирования на инцидент. Каждая лишняя минута промедления может превратить локальную проблему в катастрофу для бизнеса.
- 1. Введение
- 2. Самые дорогие ошибки в реагировании на инциденты
- 3. Блиц: какие действия сотрудников могут навредить?
- 4. Что важнее при реагировании — команда, процессы или технологии?
- 5. Инструменты для эффективного реагирования
- 6. Использование ИИ при реагировании на инциденты
- 7. Прогнозы: как изменится реагирование в ближайшие 2–3 года
- 8. Выводы
Введение
Кибербезопасность сегодня — это не столько про построение неприступных барьеров, сколько про готовность к неизбежному. Современные компании инвестируют значительные ресурсы в превентивную защиту: развёртывают файрволы, внедряют многоуровневые антивирусные решения, настраивают SIEM-системы для непрерывного мониторинга. Однако даже самые продвинутые технологии не могут полностью исключить риск инцидента. Вопрос для бизнеса уже не в том, случится ли атака, а в том, насколько быстро и грамотно организация сможет на неё отреагировать и минимизировать последствия.
Скорость и качество реагирования на инциденты в области информационной безопасности напрямую влияют на бизнес-показатели. Задержка в локализации атаки может обернуться не только прямыми финансовыми потерями, но и репутационным ущербом, потерей доверия клиентов и партнёров. В таких условиях отлаженный процесс реагирования становится не просто ИТ-задачей, а стратегическим приоритетом для всей организации.
Рисунок 1. Эксперты в студии AM Live
Участники эфира:
- Михаил Карпенко, инженер отдела развития, Security Vision.
- Иван Сюхин, руководитель группы расследования инцидентов центра исследования Solar 4RAYS, ГК «Солар».
- Павел Каргапольцев, руководитель отдела реагирования на инциденты информационной безопасности, «Лаборатория Касперского».
- Фёдор Скворцов, руководитель BI.ZONE DFIR, BI.ZONE.
- Антон Величко, руководитель Лаборатории цифровой криминалистики и исследования вредоносного кода, «Эфшесть/F6».
- Демид Балашов, руководитель по развитию продуктов кибербезопасности, «МегаФон ПроБизнес».
- Константин Мушовец, директор УЦСБ SOC, УЦСБ.
- Александр Григорян, заместитель руководителя департамента комплексного реагирования на киберугрозы, Positive Technologies.
Ведущий и модератор эфира — Елизавета Шатунова, начальник Центра реагирования Подразделения ИБ, ГУП «Московский метрополитен».
Самые дорогие ошибки в реагировании на инциденты
Константин Мушовец рассказал, что средний ущерб от атаки через подрядчиков составляет от 3 до 5 млн рублей. Такая атака особенно опасна: злоумышленник сразу получает доступ к центру инфраструктуры и может нанести серьёзный урон. При этом масштаб последствий зависит от конкретной компании. В условиях глубокой информатизации и автоматизации бизнес-процессов максимальный риск — полная потеря бизнеса, если инцидент развивается без какого-либо противодействия.
Павел Каргапольцев объяснил, что самая дорогая ошибка в реагировании — последняя: отдельные промахи накапливаются, достигают критической массы и позволяют атакующему достичь своих целей. Главная проблема в том, что многие компании пока не достигли должного уровня зрелости в области информационной безопасности. В результате при деструктивных атаках зачастую отсутствуют даже базовые меры по обнаружению несанкционированного воздействия и аномалий в инфраструктуре.
Павел Каргапольцев, руководитель отдела реагирования на инциденты информационной безопасности, «Лаборатория Касперского»
Александр Григорян добавил, что чаще всего причина проблем — отсутствие отлаженных процессов. Хотя у заказчиков обычно есть регламенты реагирования, на практике они нередко оказываются неэффективными. При этом сложность часто видят в техническом этапе — анализе вредоносного кода, тогда как реальная проблема лежит в организационных процессах.
Демид Балашов отметил, что подготовка важна для всего процесса, но ключевой момент наступает в разгар инцидента: когда нужно чётко понять, что произошёл именно инцидент, а не технический сбой. Промедление с принятием решения в этот период способно многократно увеличить ущерб.
Антон Величко подчеркнул, что крупнейшая ошибка — вовсе отказаться от реагирования после инцидента. Даже понеся репутационный и материальный урон, некоторые компании успокаиваются и не предпринимают дальнейших действий, недооценивая противника. Злоумышленники могут закрепиться в инфраструктуре и нанести повторный, куда более разрушительный удар.
Антон Величко, руководитель Лаборатории цифровой криминалистики и исследования вредоносного кода, «Эфшесть/F6»
Иван Сюхин указал, что организации нередко игнорируют явные следы компрометации: не признают проблему, бездействуют и отказываются от взаимодействия с экспертами.
Михаил Карпенко пояснил, что критичны как полный отказ от реагирования, так и промедление. Если у компании уже есть все данные о компрометации, но она застревает на этапе анализа и не переходит к активным действиям, ситуация может ухудшиться, в том числе из-за непродуманных административных мер.
Елизавета Шатунова отметила, что многое зависит от готовности организации открыто говорить о произошедшем инциденте. Если компания не стесняется признать проблему и привлекает внешних экспертов для расследования и реагирования, это помогает избежать повторения подобных ситуаций в будущем.
Елизавета Шатунова, начальник Центра реагирования Подразделения ИБ, ГУП «Московский метрополитен»
В первом опросе зрители поделились, какие ошибки в реагировании на инциденты они считают самыми критическими (мультивыбор):
- Неправильные действия в первые часы — 53 %.
- Непонимание масштаба и реальных причин инцидента — 53 %.
- Потеря времени на согласования и принятие решений — 47 %.
- Переоценка своей готовности — 46 %.
- Плохое взаимодействие с ИТ и бизнесом — 44 %.
- Пренебрежение регламентами и инструкциями — 32 %.
- Ошибки при изоляции и локализации атаки — 26 %.
Рисунок 2. Какие ошибки в реагировании на инциденты вы считаете самыми критическими?
Блиц: какие действия сотрудников могут навредить?
Михаил Карпенко: «Административные действия, когда аналитик не понимает всей картины и действует наугад, могут серьёзно помешать расследованию. Например, при перезагрузке хоста он может сбросить данные из оперативной памяти, а при удалении подозрительных файлов — уничтожить важные улики. Это затруднит последующее восстановление событий и расследование инцидента».
Иван Сюхин: «Одна из серьёзных ошибок — когда антивирус сработал и файл удалили, а администратор решает, что инцидент исчерпан. При этом он не осознаёт, что именно этот момент — точка начала реагирования».
Фёдор Скворцов: «Часто встречаются преждевременные действия до выяснения сути произошедшего. Люди порой даже пропускают стадию определения, является ли ситуация инцидентом. Из-за этого дальнейшие шаги идут не по плану — процесс реагирования сбивается, а ситуация усугубляется».
Фёдор Скворцов, руководитель BI.ZONE DFIR, BI.ZONE
Павел Каргапольцев: «Опасная практика — затирание улик. Например, администратор видит на своём рабочем компьютере инструменты закрепления и явные признаки того, что атакующие собирали данные. Вместо того чтобы зафиксировать следы атаки, он решает перезаписать или стереть систему — зачастую из-за страха быть обвинённым в халатности. В результате уничтожаются ключевые доказательства, необходимые для расследования».
Антон Величко: «При обнаружении инцидента важно не предпринимать поспешных действий, а сохранить определённые системы и файлы в неизменном виде. Затем их следует передать специалистам — они помогут точно установить причины компрометации и выстроить правильную стратегию реагирования».
Демид Балашов: «Излишняя локализация инцидента — ещё одна распространённая ошибка. Допустим, какой-то предыдущий шаг уже был выполнен системой, и возникает соблазн считать, что на этом этапе процесс завершён. Но важно проверить, что происходило до этого момента, и корректно передать инцидент на следующий этап реагирования. Локальное решение проблемы без учёта общей картины ведёт к пробелам в защите».
Демид Балашов, руководитель по развитию продуктов кибербезопасности, «МегаФон ПроБизнес»
Константин Мушовец: «Серьёзная ошибка — неизвлечение уроков после устранения инцидента. Часто рекомендации по предотвращению повторения подобных ситуаций, которые дают форензик-команда или внутренние специалисты, откладывают в сторону, как только бизнес-процессы восстанавливаются. Приоритет смещается на наращивание темпов работы, а меры по усилению безопасности игнорируются. Из-за этого компании рискуют столкнуться с повторными атаками того же типа».
Александр Григорян: «Заказчики нередко в панике привлекают сразу несколько команд, полагая, что это даст разные независимые мнения и ускорит решение проблемы. На практике это приводит к избыточной нагрузке: администраторы вынуждены многократно собирать триажи для каждой команды на одних и тех же системах — с практически идентичными данными. Возникают сложности с передачей информации между командами, процесс становится итеративным и затягивается. В итоге вместо ускорения реагирования получается дублирование усилий и потеря времени».
Что важнее при реагировании — команда, процессы или технологии?
Михаил Карпенко считает, что приоритеты в реагировании на инциденты ИБ выстраиваются следующим образом: в первую очередь важны процессы, затем — команда, и только потом — инструменты. Даже если в распоряжении команды есть все необходимые инструменты, но процессы не выстроены, время на реагирование и расследование инцидента значительно увеличится. Опытная команда способна эффективно провести анализ и отреагировать на угрозу даже при ограниченном наборе инструментов.
Михаил Карпенко, инженер отдела развития, Security Vision
Константин Мушовец придерживается иной точки зрения: на первом месте — команда. Он аргументирует это тем, что профессионал даже без развитых процессов и продвинутых инструментов будет знать, какие логи анализировать и каких действий ожидать от злоумышленника. Благодаря этому вероятность успешного реагирования существенно выше. На втором месте — процессы: они нужны, чтобы все участники чётко понимали свои действия во время инцидента. Инструменты занимают третье место по значимости.
Антон Величко согласился с такой расстановкой приоритетов. Он пояснил, что именно люди создают процессы и принимают ключевые решения, процессы задают алгоритм действий, а технологии позволяют масштабировать усилия и ускорять принятие решений.
Иван Сюхин подчеркнул, что люди и процессы равнозначны по важности. Процессы служат каркасом для действий сотрудников — они обеспечивают слаженную и корректную работу команды.
Иван Сюхин, руководитель группы расследования инцидентов центра исследования Solar 4RAYS, ГК «Солар»
Павел Каргапольцев высказал мнение, что первостепенны люди и технологии. «Если процессы изначально не выстроены, опытные специалисты смогут сформировать их уже в первые сутки реагирования. Без людей невозможна экспертная оценка ситуации, но и без технологий не обойтись — вручную собрать данные со всей инфраструктуры и оперативно выполнить необходимые действия практически невозможно», — отметил он.
Во втором опросе выяснилось, что зрители считают самым важным в реагировании на инциденты (мультивыбор):
- Квалифицированная и слаженная команда ИБ — 82 %.
- Чётко выстроенные процессы и регламенты — 67 %.
- Наличие чётких планов и плейбуков — 63 %.
- Поддержка других департаментов и руководства — 34 %.
- Использование современных инструментов — 28 %.
- Взаимодействие с внешними экспертами — 23 %.
- Другое — 4 %.
Рисунок 3. Что вы считаете самым важным в реагировании на инциденты?
Инструменты для эффективного реагирования
Александр Григорян отметил, что в Positive Technologies уже давно разрабатывают собственный инструментарий для всех этапов работы: сбора данных, анализа и оперативной передачи информации. В первую очередь компания ориентируется на собственные инструменты — они позволяют получать данные напрямую с хостов и маршрутизаторов, то есть из первоисточников.
При наличии в системе SIEM, антивирусов и EDR-решений их не игнорируют: эти инструменты упрощают и ускоряют процесс. Однако финальный анализ всегда строится на данных из первоисточников — именно там содержится полная информация о действиях злоумышленника.
Константин Мушовец порекомендовал компаниям, выстраивающим систему реагирования на инциденты, в первую очередь обратить внимание на решения класса EDR. Это относительно простой в развёртывании инструмент, который позволяет выполнять широкий спектр действий по реагированию на угрозы.
Эксперт подчеркнул важность привлечения внешней команды. Её ключевые преимущества — практический опыт и насмотренность в отношении различных инцидентов. Это может существенно ускорить процесс реагирования и помочь сформировать внутреннюю команду, особенно если она ранее не сталкивалась с подобными ситуациями. Ещё один плюс — возможность подключить дополнительные человеческие ресурсы и экспертизу.
Константин Мушовец, директор УЦСБ SOC, УЦСБ
Павел Каргапольцев добавил, что внешние поставщики предлагают не только сервисы по реагированию на инциденты, но и целый спектр других экспертиз и услуг. Среди них:
- мониторинг инфраструктуры;
- поиск информации в даркнете;
- defensive- и offensive-сервисы;
- выявление уязвимостей в приложениях.
Команда реагирования обладает всеми необходимыми компетенциями для полноценной работы в рамках инцидента — от первичного обнаружения угрозы до полного устранения последствий и профилактики повторных атак.
Использование ИИ при реагировании на инциденты
Александр Григорян рассказал, что его департамент разрабатывает собственный инструментарий для расследования и реагирования на инциденты на всех этапах жизненного цикла. Благодаря ИИ-агентам процесс создания парсеров для различных бинарных артефактов стал значительно быстрее, чем раньше. Это существенно упростило анализ вредоносного кода. Хотя в ближайшее время ИИ вряд ли позволит радикально повысить эффективность реагирования, это полезный инструмент, и важно научиться применять его на разных этапах работы.
Александр Григорян, заместитель руководителя департамента комплексного реагирования на киберугрозы, Positive Technologies
Константин Мушовец подчеркнул, что фокус стоит сместить с «противостояния ИИ против ИИ» (когда пытаются бороться с ИИ-инструментами злоумышленников аналогичными средствами) на автоматизацию процессов. ИИ способен существенно сократить время атаки, поэтому реагирование также должно быть максимально быстрым. Ключевое требование — автоматическая блокировка и локализация угроз: это позволит оперативно сдерживать атаки с применением ИИ и предотвращать дальнейшее проникновение в инфраструктуру.
Павел Каргапольцев пояснил, что сегодня ИИ помогает ускорить детектирование угроз за счёт выявления аномалий, которые человек может не заметить. Однако в части скоупинга и непосредственного реагирования на инциденты заметного прогресса пока нет. В системе мониторинга могут оставаться слепые зоны, не охваченные ИИ-логикой, поэтому критически важны специалисты, умеющие:
- работать с триажем;
- анализировать артефакты;
- сопоставлять факты;
- делать выводы — в том числе на основе данных, полученных от ИИ-систем.
Сейчас ИИ выполняет вспомогательную роль: он подсвечивает угрозы, пропущенные аналитиком, но не заменяет его.
Иван Сюхин обратил внимание на принципиальные ограничения больших языковых моделей. Из-за особенностей их работы нельзя рассчитывать на стопроцентную точность результатов. В западной прессе описаны случаи, когда ИИ‑модель случайно удаляла базы данных — такие риски заказчики зачастую не готовы принимать.
В третьем опросе зрители ответили, где они больше всего нуждаются в помощи внешних экспертов (мультивыбор):
- В постинцидентном анализе и выработке рекомендаций — 53 %.
- В улучшении процессов реагирования (плейбуки, регламенты) — 53 %.
- В расследовании причин инцидента — 47 %.
- В оперативном реагировании и локализации атаки — 43 %.
- В анализе и подтверждении инцидента — 32 %.
- Ни в чём, сами справляются — 12 %.
Рисунок 4. Где вы больше всего нуждаетесь в помощи внешних экспертов?
Прогнозы: как изменится реагирование в ближайшие 2–3 года
Михаил Карпенко: «Хотелось бы, чтобы в большей степени использовали динамические плейбуки и автоматическое реагирование. Нужно развивать модели, которые позволят тратить меньше времени на этапе анализа, сбора данных и установления причины инцидента».
Константин Мушовец: «В ближайшее время мы увидим атаки с использованием ИИ — они значительно увеличат мощность и сократят время атаки. Тем, у кого ещё не выстроен мониторинг, советую его организовать, чтобы своевременно фиксировать подобные действия. А тем, у кого мониторинг уже есть, стоит сосредоточиться на внедрении автоматического реагирования».
Александр Григорян: «Будет расти уровень автоматизации — как со стороны защитников, так и со стороны атакующих. При этом количество инцидентов не сократится».
Антон Величко: «Наметилась тенденция: всё больше атак обнаруживают на этапе развития, а не в фазе воздействия (импакта). Число инцидентов вряд ли уменьшится, возможно, даже вырастет, но большинство из них будут устраняться на начальной стадии, до наступления недопустимых последствий».
Демид Балашов: «Текущее развитие рынка киберугроз, его объёма, интенсивности и используемых технологий неизбежно приведёт к распространению экспертной модели. Она предполагает не только внутреннюю экспертизу, но и привлечение специализированных команд, которые фокусируются исключительно на реагировании.
Компании должны реалистично оценивать свои возможности. Порой эффективнее не пытаться выстроить собственный мониторинг и реагирование, а при возникновении инцидента оперативно обращаться к профильной команде, которая чётко понимает все процессы».
Финальный опрос показал, планируют ли зрители усиливать процессы реагирования на инциденты после эфира:
- Будут усиливать процессы самостоятельно — 48 %.
- Рассмотрят помощь внешних экспертов — 27 %.
- Считают это избыточным для себя — 14 %.
- Не видят практической пользы — 7 %.
- Ничего не поняли, о чём говорили эксперты — 4 %.
Рисунок 5. Планируете ли вы усиливать процессы реагирования на инциденты после эфира?
Выводы
Эффективное реагирование на инциденты информационной безопасности — это не набор отдельных действий, а слаженная система, где критически важны все компоненты и их взаимодействие. Ключевая проблема многих организаций кроется не в отсутствии инструментов или технологий, а в неграмотных действиях на разных этапах реагирования. Поспешные решения, затирание улик, излишняя локализация проблемы или полный отказ от анализа последствий — всё это многократно усугубляет ситуацию и открывает дорогу повторным атакам.
Важнейшая роль при этом отводится людям: именно компетентные специалисты способны выстроить процессы, грамотно применить инструменты и принять взвешенные решения в условиях стресса. При этом даже самая опытная команда не достигнет успеха без чётких регламентов — процессы задают алгоритм действий и не позволяют сбиться с пути в критический момент. Технологии же выступают усилителем: они ускоряют детектирование угроз и автоматизируют рутинные операции, но не заменяют человеческий анализ.
Особого внимания требует этап после устранения непосредственной угрозы: извлечение уроков и внедрение мер по предотвращению аналогичных инцидентов в будущем. Игнорирование этого шага превращает каждую атаку в замкнутый цикл — компания вновь и вновь сталкивается с одними и теми же уязвимостями.
В условиях роста сложности киберугроз и активного внедрения ИИ-технологий в арсенал злоумышленников организациям необходимо переходить от реактивного подхода к проактивной модели защиты. Это подразумевает не только инвестиции в современные инструменты мониторинга и автоматического реагирования, но и постоянную работу над зрелостью процессов, обучение персонала, а также готовность привлекать внешнюю экспертизу, когда это оправдано.
Устойчивость к кибератакам формируется на стыке трёх составляющих: грамотной команды, отлаженных процессов и адекватного технологического инструментария. Только их сбалансированное развитие позволит минимизировать ущерб от инцидентов и выстроить по-настоящему надёжную систему информационной безопасности.
Телепроект AM Live еженедельно приглашает экспертов отрасли в студию, чтобы обсудить актуальные темы российского рынка ИБ и ИТ. Будьте в курсе трендов и важных событий. Для этого подпишитесь на наш YouTube-канал. До новых встреч!
