Новые поправки к закону о шифровании в США внесли еще больший сумбур в законодательство

Новые поправки к закону о шифровании в США внесли еще больший сумбур в законодательство

В штате Невада, США, принят новый закон SB-227 «О внесении (в нормативные акты) некоторых изменений касательно кражи личности» (http://www.leg.state.nv.us/75th2009/Bills/SB/SB227.pdf), положения которого с нового года заменят положения действующего ныне закона NRS 597.970.

В Неваде действует юридическое определение шифрования (в законе NRS 205.4742), которое позволяет создавать дешёвые технические решения, формально соответствующие этому определению, но фактически ничего не шифрующие и не защищающие. Вот выдержка из данного определения:
«кодирование означает применение защитных или разрушающих мер, без ограничения, включая криптографию, шифрование, кодирование или компьютерные программы, искажающие или разрушающие информацию для: 1. Предотвращения, помехи, задержки или разрыва доступа к любым данным, информации, изображениям, программам, сигналам или звуковым сигналам; 2. Сделать любые данные, информацию, изображения, программы, сигналы или звуковые сигналы не пригодными или неразборчивыми; 3. Предотвращения, помехи, задержки или разрыва нормального функционирования или использования любых компонентов, приборов, оборудования, системных сетей».
Такое притворное шифрование используется для обхода (т.е. чисто формального соответствия) требований закона ради экономии затрат.

Новый закон SB 227 вводит новое определение шифрования, обойти которое будет не так просто:
 «(b) Шифрование это защита данных при их хранении или передаче в электронном или оптическом виде с применением :
(1) Технологий шифрования, которые были приняты в соответствии с установленными уполномоченным органом стандартами, в том числе, но неограниченные, Федеральными стандартами обработки информации, разработанными Национальным Институтом Стандартов и Технологий, определившим подобные данные как не поддающиеся расшифровке при отсутствии соответствующих криптографических ключей, необходимых для расшифровки подобных данных;
(2) Надлежащего управления и обеспечения безопасности криптографических ключей для защиты целостности кодирования, использующего принципы, провозглашенные в установленных уполномоченным органом стандартах, в том числе, но не ограниченных Национальным Институтом Стандартов и Технологий».
Тем не менее, и в новом законе есть ряд недостатков, которые предоставляют некоторые возможности его обхода. Не все термины в новом определении трактуются однозначно. Также новое определение противоречит определениям из других нормативных актов. В некоторых случаях использование притворного шифрования позволяет избежать обязательного информирования властей или потерпевших об утечках либо обнаруженных уязвимостях при обработке персональных данных. В соответствии с новым законом SB 227, в случае утечки персональных данных организация будет нести ответственность, но согласно SB 347 она не обязана сообщать о подобных утечках.

Эти несовершенства наводят на мысль о необходимости внесения поправок как во вновь принятый закон, так и в ряд действующих, чтобы между ними не было несоответствий.

О том, как обстоят дела с российской практикой шифрования данных, рассказывает Николай Федотов, ведущий аналитик InfoWatch: «Данная проблема - использование притворного шифрования для достижения чисто формального соответствия требованиям - в России отсутствует. Отечественные производители пока не доведены конкуренцией до таких крайностей, чтобы экономить копейки на шифровании.
В России иногда встречается прямо противоположная проблема: производитель применяет в своём продукте надёжное шифрование, но из-за разных бюрократических запретов вынужден делать вид, что никакого шифрования там нет. С точки зрения специалиста по информационной безопасности, лучше быть, чем казаться».


Источник

Родительский контроль без доверия не работает, дети научатся его обходить

Слежка за детьми и запреты без объяснения причин могут превратить их в «цифровых партизан», которые быстро научатся обходить родительские ограничения. При этом базовые средства родительского контроля способны решать многие насущные задачи: они бесплатны, достаточно гибки и позволяют не только ограничивать доступ, но и формировать у ребёнка здоровые цифровые привычки.

Такое мнение в комментарии ТАСС высказал директор Института открытого дистанционного образования Новосибирского государственного педагогического университета Николай Пель.

По его словам, базовые инструменты родительского контроля позволяют закрыть сразу несколько задач:

«Эти сервисы позволяют ограничивать время в приложениях, одобрять установку игр, блокировать отдельные откровенно опасные сайты на уровне браузера либо контролировать время и характер занятий ребёнка в сети уже по факту. То есть формировать хорошие привычки, правильный паттерн цифровой жизни ребёнка».

По оценке эксперта, такие средства могут помочь, например, вернуть системный аккаунт в случае его кражи. Однако рассматривать родительский контроль как панацею не стоит. Важно выстроить доверительные отношения с ребёнком, чтобы он не воспринимал ограничения как «цифровой поводок», от которого нужно избавиться. Тем более что слишком жёсткие запреты могут мешать учебным задачам, где требуется искать информацию в интернете.

Ключевой проблемой, предупреждает Николай Пель, может стать страх наказания. Если ребёнок случайно перейдёт по фишинговой ссылке или сообщит код из СМС, он может попытаться скрыть случившееся, опасаясь, что у него навсегда отберут телефон. В такой ситуации технические и организационные меры контроля могут просто не сработать.

«Самое важное знание для ребёнка — алгоритм действий, когда что-то пошло не так. "Если ты кликнул и испугался — замри. Закрой глаза или экран. Позови меня! Позвони мне тут же, сейчас же, что бы там ни писали и ни говорили! Мы не будем кричать, я просто помогу тебе закрыть проблему без последствий или с минимальными последствиями". Ребёнок должен знать: если он случайно сообщил код из СМС мошеннику, счёт идёт на минуты. Нельзя пытаться решить проблему самому, нужно немедленно звонить родителям и в банк. Обесценивание проблемы гарантирует, что в следующий раз вы узнаете о проблеме, когда деньги уже будут списаны», — предупреждает Николай Пель.

При этом дети не должны иметь доступа к устройствам родителей и их аккаунтам. На это также часто рассчитывают злоумышленники при атаках на несовершеннолетних.

Кроме того, мошенники используют ситуацию, когда родители оформляют сим-карты для детей на себя. Злоумышленники выманивают у несовершеннолетних коды подтверждения и затем оформляют покупки с рассрочкой на маркетплейсах. По такой схеме действовала группа, задержанная в феврале: на её счету 16 эпизодов подобных краж в разных регионах России.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru