Цифровизация в промышленности: в России окупаемость медленнее на 20%

Цифровизация в промышленности: в России окупаемость медленнее на 20%

Цифровизация в промышленности: в России окупаемость медленнее на 20%

Согласно исследованию компании Рексофт, посвящённому окупаемости инвестиций в цифровые технологии в нефтяной, нефтехимической и горно-металлургической отраслях, в России срок возврата инвестиций в среднем на 20% длиннее, чем в мире — при прочих равных условиях.

Такое отставание, как отмечают аналитики, связано в первую очередь с удалённым расположением большинства нефтегазовых месторождений, а также с высокими затратами на внутреннюю разработку программных продуктов в отрасли.

В то же время в горно-металлургической отрасли России ситуация противоположная: здесь сроки окупаемости цифровых решений, наоборот, оказались существенно короче, чем у зарубежных компаний. В Рексофт пояснили это быстрым эффектом от внедрения «точечных» цифровых технологий.

Среди решений с наиболее коротким сроком окупаемости эксперты выделили технологии на базе искусственного интеллекта — цифровых помощников, предиктивную аналитику, 3D-печать для техобслуживания и ремонта, роботизацию бизнес-процессов (RPA), компьютерное зрение, первичную диспетчеризацию в системах цехового управления (особенно в горнодобывающей и нефтехимической сферах), а также применение недорогих промышленных роботов и цифровых двойников в нефтяной отрасли. Отдельно в исследовании отмечено перспективное развитие промышленных беспилотников, которое ожидается после снятия ограничений и стабилизации внешней обстановки.

В то же время ведущие зарубежные компании делают ставку на масштабные проекты по автоматизации полного производственного цикла с длительным сроком окупаемости — 4 года и более. По оценке экспертов, в абсолютных цифрах такие комплексные решения могут принести в 20 раз больше экономического эффекта за 10 лет по сравнению с точечными внедрениями. Российским горно-металлургическим предприятиям, по мнению Рексофт, в перспективе также стоит ориентироваться на стратегические цифровые трансформации.

В комментарии для «Коммерсанта» директор департамента стратегии холдинга Т1 Кирилл Чебунин отметил, что внедрение ИИ-технологий в нефтегазе и ГМК пока идёт неравномерно. По его словам, в приоритете у компаний остаются базовые задачи автоматизации — замена ПАК и ПО на критически важных объектах инфраструктуры.

По мнению директора департамента цифровой трансформации ГК Sofline Максима Егорова, одним из ключевых сдерживающих факторов является отсутствие чёткой нормативной базы, особенно на объектах, подпадающих под регулирование как критическая инфраструктура. При этом на рынке уже доступны зрелые решения, внедрение которых может дать ощутимый результат.

Руководитель отраслевых проектов компании «Уралэнерготел» Тимофей Носов указал на нехватку кадров, низкий уровень цифровой грамотности персонала и высокую стоимость цифровых проектов как основные барьеры для их развития.

«Ограниченность ресурсов, завышенные ожидания топ-менеджмента от цифровизации, высокая ключевая ставка и внешнеполитическая нестабильность требуют от российских компаний максимально рационального подхода к инвестициям в ИТ. За последние два года предприятия всё чаще ориентируются на проекты, обеспечивающие быстрый эффект. Однако важно помнить, что комплексные цифровые решения дают в разы больше экономической отдачи», — прокомментировал результаты исследования генеральный директор Рексофт Консалтинг Андрей Скорочкин.

В Госдуме предложили штрафовать за сталкинг и навязчивое преследование

Глава комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов Ярослав Нилов предложил ввести в Кодекс об административных правонарушениях (КоАП) отдельную статью, предусматривающую ответственность за навязчивое преследование человека против его воли — сталкинг.

Как сообщает РИА Новости, законопроект о внесении изменений в КоАП уже подготовлен и направлён на согласование. Документ оказался в распоряжении агентства.

В пояснительной записке отмечается, что в российском законодательстве до сих пор отсутствует чёткое определение навязчивого преследования. Из-за этого жертвы сталкинга сталкиваются с серьёзными трудностями при попытке привлечь преследователей к ответственности в рамках действующих норм.

По словам Ярослава Нилова, закрепление соответствующей статьи позволит пострадавшим обращаться к районному прокурору по месту совершения правонарушения. После этого дело об административном правонарушении будет рассматриваться мировым судьёй.

При этом отдельные прецеденты привлечения к ответственности за сталкинг в России уже были. Так, в феврале 2025 года была оштрафована студентка, преследовавшая однокурсника, однако для этого потребовались значительные усилия и время.

«Навязчивое преследование, то есть действия, направленные на систематическое нежелательное внимание к человеку против его воли, включая слежку, телефонные звонки, СМС-сообщения, угрозы и запугивания, в том числе с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть “Интернет”, вызывающие психоэмоциональное напряжение, дискомфорт, страх или тревогу, влечёт предупреждение или наложение административного штрафа в размере двух тысяч рублей», — приводят РИА Новости выдержку из текста законопроекта.

В случае повторного нарушения предлагается увеличить штраф до пяти тысяч рублей либо назначить административный арест сроком до 15 суток.

Ранее собственный законопроект о борьбе с навязчивым преследованием внесла в Госдуму группа депутатов от фракции «Новые люди». В нём предусмотрены более высокие штрафы, а также вводится понятие охранного ордера — судебного запрета на приближение к жертве. Если жертвами преследования становятся несовершеннолетние, ответственность предлагается ужесточить вплоть до уголовной.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru