Осторожно: поддельные фонды обманывают жертв трагедий и войн

Осторожно: поддельные фонды обманывают жертв трагедий и войн

Осторожно: поддельные фонды обманывают жертв трагедий и войн

Злоумышленники всё чаще используют благотворительность как предлог для обмана. Распространёнными схемами становятся сборы средств на лечение тяжелобольных, а также помощь жертвам природных и техногенных катастроф или боевых действий.

Как отметил в беседе с «Известиями» ведущий аналитик департамента Digital Risk Protection компании F6 Евгений Егоров, поддельные сайты, маскирующиеся под благотворительные организации и фонды, появляются регулярно. Активность мошенников, как правило, приурочена к конкретным информационным поводам: трагическим событиям и праздникам.

«Например, перед Новым годом мы зафиксировали появление нескольких десятков фейковых сайтов якобы благотворительных фондов и НКО. Чтобы похитить деньги и личные данные неравнодушных граждан, мошенники выдают себя не только за организации, но и за их сотрудников или волонтёров», — рассказал Евгений Егоров.

По словам представителя F6, волна фейковых ресурсов, а также групп в мессенджерах и соцсетях, активизировалась после теракта в «Крокус Сити Холле». Повышенную активность злоумышленников также можно наблюдать при сборах средств для военнослужащих и пострадавших в зоне боевых действий.

Эксперт по социотехническому тестированию компании Angara Security Яков Филевский объяснил интерес мошенников к сфере благотворительности тем, что доказать преступный умысел в таких случаях сложно. Кроме того, помощь, как правило, оказывается анонимно и безвозмездно, что затрудняет отслеживание движения средств.

По данным МВД, в 2025 году получила широкое распространение схема, связанная со сбором средств на лечение тяжелобольных. Как сообщает «РИА Новости» со ссылкой на МВД, злоумышленники разворачивают масштабные кампании по сбору пожертвований, после чего объявляют о смерти пациента. Часть собранных средств возвращается клиникой, поскольку лечение не было завершено, и эти деньги становятся доступными для использования. При этом мошенники исчезают из мессенджеров и соцсетей.

Киберэксперт и инженер-аналитик Лаборатории исследований кибербезопасности компании «Газинформсервис» Ирина Дмитриева прогнозирует, что в подобных схемах вскоре начнут использовать полностью вымышленных «больных» с применением технологий дипфейк. Генеративные инструменты позволяют имитировать медицинские документы и результаты обследований, а боты — создавать видимость активности на платформах для сбора средств.

По словам Якова Филевского, аналогичные схемы могут использоваться и при других инфоповодах — стихийных бедствиях, паводках, лесных пожарах, землетрясениях и боевых действиях. Он отметил, что мошенники уже начали создавать поддельные сайты детских домов, хосписов и приютов, копируя дизайн настоящих организаций. Единственное отличие — подставные банковские реквизиты.

Новой тенденцией, по словам Филевского, стали атаки на жертв уже совершённых финансовых афер. Мошенники находят таких людей на тематических форумах и в чатах, предлагая помощь в возврате украденных средств в обмен на «комиссию» или «взнос».

Подобная активность приводит к снижению доверия к благотворительности в целом. Более того, реальные фонды и некоммерческие организации вынуждены работать в условиях ужесточённого регулирования, что требует дополнительных ресурсов.

«Прежде чем переводить деньги благотворительной организации, обязательно проверьте доменное имя сайта через WHOIS-сервисы. Свежая дата регистрации — один из тревожных признаков. Также убедитесь, что реквизиты совпадают с данными, указанными на официальном сайте», — предупреждает Ирина Дмитриева.

Подпишитесь на новости

Главной целью стратегии ИБ стало снижение рисков — 78% против 55% год назад

Компании всё чаще берутся за стратегию ИБ, но писать её мешает нехватка данных и поддержки руководства. Об этом говорят опросы зрителей эфира AM Live «Стратегия информационной безопасности: зачем нужна и как её защитить».

В ходе дискуссии эксперты разбирали, зачем бизнесу стратегия ИБ, как связать её с бизнес-целями, что такое риск-аппетит и недопустимые события, как отличить стратегию от списка закупок и как доказать её ценность руководству.

Ярослав Напалков (МТС Банк) посоветовал сначала доносить контекст. Николай Казанцев (Securitm) предложил новичкам «три чашки кофе» — пообщаться с CEO, ИТ и стейкхолдерами.

Эксперты также обсудили горизонт планирования (2-3 года с ежегодным пересмотром), роль резервного копирования и киберучений, кейсы с шифровальщиками, BYOD, DLP и построением SOC.

За год доля компаний, у которых стратегия в разработке, выросла с 9% до 28%. А тех, у кого её нет и не предвидится, стало меньше — 21% против 26%. При этом меньше компаний довели документ до рабочего состояния с метриками и кибериспытаниями: 16% против 20%.

Барьеры тоже сместились. Нехватка исходных данных выросла с 46% до 64%, отсутствие buy-in топ-менеджмента — с 25% до 43%. Кадровый дефицит остаётся главным ограничением, хотя и снизился до 59%. Николай Казанцев из Securitm объясняет это зрелостью рынка:

«По нашей статистике, лишь 15-20% служб ИБ имеют хоть как-то формализованный реестр рисков. Я даже не говорю про количественный, хотя бы качественную оценку».

Главной целью на 2027 год снижение рисков и финансового ущерба назвали 78% — рост на 23 п.п. На втором месте устойчивость и сокращение простоев критичных сервисов — 57%. Наталья Глинина из Megafon Pro Business считает это логичным:

«Нормальная цель, потому что она прямо влияет на бизнес. Финансовый ущерб считается недопустимым событием, потому что иначе ваш бизнес может перестать работать».

Соответствие регуляторам держится на уровне 59%, а оптимизация TCO и консолидация стека теряют популярность — 8% против 14%.

Оптимизм по поводу роста интереса к стратегии разделяют не все. Евгений Акимов из «Рубитеха» предположил:

«Просто те, кто были на эфире в 2025 году, разработали стратегию и на наш эфир уже не пришли. Просто новые люди, которые как-то голодны до стратегии».

А ведущий Виктор Бобыльков напомнил, что часть компаний сознательно живёт без документа:

«Одно дело, когда бюджета нет, тогда хотя бы есть исходные данные. Но мы просто не делаем стратегию, потому что смысл её делать, нам денег больше не дадут. Это стратегия стабильной оперейшн».

Участники эфира сошлись на том, что стратегия ИБ — это не список закупок, а инструмент связи с бизнес-целями, который нужно строить на риск-ориентированном подходе. Планировать стоит на 2-3 года с ежегодным пересмотром, фокусироваться на критичных процессах и восстановлении, а ответственность распределять между ИБ, ИТ и бизнесом.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru