.
Криптовалюта в России может выйти из серой зоны и получить полноценный правовой статус имущества. По словам начальника управления развития цифровых активов спецдепозитария «Инфинитум» Виктора Бурчика, новый законопроект о регулировании криптовалют меняет сам подход к таким активам.
Об этом Бурчик рассказал «Газете.Ru». Если раньше цифровая валюта во многом существовала сама по себе — без внятного юридического оформления и понятных механизмов защиты, — то теперь ей хотят придать официальный статус и встроить в регулируемый контур.
Главная идея в том, что цифровые права россиян будут фиксироваться у цифрового депозитария. По сути, это новый участник рынка, который будет работать по аналогии с классическими депозитариями, где учитываются и хранятся права на ценные бумаги.
Для обычных владельцев крипты это означает довольно заметные перемены. Если активы будут официально учтены, то на них можно будет рассчитывать не только как на набор записей в блокчейне, но и как на имущество с юридической защитой. А значит, такие активы смогут учитывать при разделе имущества, включать в конкурсную массу при банкротстве и даже обращать на них взыскание.
Отдельно Бурчик выделил тему наследования. До сих пор это был один из самых болезненных вопросов на крипторынке: если владелец терял доступ к приватным ключам или не оставлял понятного способа их передать, наследники фактически оставались ни с чем. Подтвердить права на такие активы было крайне сложно.
Если же криптоактивы окажутся в регулируемом контуре и будут зафиксированы надлежащим образом, ситуация изменится. Наследники смогут вступать в права через обычные нотариальные процедуры, без юридических загадок и попыток восстановить доступ к кошельку буквально на ощупь.
При этом у новой схемы есть и обратная сторона. Как отметил эксперт, владельцам цифровых активов, скорее всего, придётся пожертвовать частью привычной анонимности и автономии. Зато взамен они получат то, чего крипторынку в России долго не хватало: понятную защиту собственности, снижение операционных рисков и возможность работать через более привычную финансовую инфраструктуру.
