Telegram: у нас в штате не 30, а 60 инженеров, и нет серверов в ОАЭ

Telegram: у нас в штате не 30, а 60 инженеров, и нет серверов в ОАЭ

Telegram: у нас в штате не 30, а 60 инженеров, и нет серверов в ОАЭ

Неверно понятые слова Павла Дурова о Telegram из интервью Такеру Карлсону породили опасения в отношении безопасности мессенджера. Представитель IM-сервиса прояснил ситуацию: у них в штате не 30, а 60 инженеров, а данные пользователей не хранятся в ОАЭ.

Недавно один из участников X опубликовал клип с апрельским рассказом Дурова о своем детище и переиначенными тезисами, которые быстро разошлись по соцсети. Комментарии экспертов, собранные TechCrunch, оказались нелестными.

Собеседники издания сошлись во мнении, что 30 специалистов не способны гарантировать безопасность и конфиденциальность разросшейся аудитории мессенджера (по оценке Дурова, почти 1 млрд). К тому же Telegram по дефолту не применяет сквозное шифрование и имеет серверы в ненадежной локации.

Согласно разъяснениям в телеграм-канале «Код Дурова», никаких хранилищ в ОАЭ у Telegram нет. Основная команда мессенджера на самом деле состоит примерно из 60 человек; 30 из них отвечают за разработку и инфраструктуру. В компании работают и специализированные команды — по модерации, борьбе с злоупотреблениями и т. п.

Штат небольшой, но и не столь мал, как прозвучало в X и было подхвачено в СМИ; его умышленно не стали раздувать, чтобы ускорить реакцию на нештатные ситуации. Все сотрудники — высококлассные специалисты, нанятые по результатам профильных конкурсов.

HR-отдела в компании нет, владелец, глава и проджект-менеджер единственный (Дуров), который к тому же не считает нужным тратиться на маркетинг.

455 приложений превратили Android-смартфоны в рекламных зомби

Исследователи HUMAN раскрыли крупную кампанию под названием Trapdoor, нацеленную на пользователей Android. Схема объединяла вредоносную рекламу, фейковые приложения и скрытую накрутку показов. В операции использовались 455 вредоносных Android-приложений и 183 C2-домена, контролируемых злоумышленниками.

Пользователь скачивал вроде бы безобидное приложение — например PDF-просмотрщик, чистильщик устройства или другую утилиту.

После запуска оно показывало фейковые уведомления об обновлении и подталкивало установить ещё одно приложение. А вот уже второй этап запускал скрытые WebView, открывал HTML5-домены злоумышленников и начинал запрашивать рекламу.

В пике, по данным исследователей, Trapdoor генерировал до 659 млн рекламных запросов в день. Приложения, связанные с кампанией, скачали более 24 млн раз. Основной объём трафика шёл из США, на них пришлось больше трёх четвертей активности.

 

Главная хитрость в том, что мошенники использовали инструменты атрибуции установок — легитимные технологии, которые помогают маркетологам понимать, откуда пришёл пользователь.

Только здесь их применяли не для честной аналитики, а чтобы включать вредоносное поведение только у тех, кто пришёл через рекламные кампании самих злоумышленников. Если приложение скачать напрямую из Google Play или установить вручную, оно могло вести себя тихо и не палиться перед исследователями.

Trapdoor совмещал сразу несколько подходов: распространение через вредоносную рекламу, скрытую монетизацию через рекламный фрод и многоступенчатую доставку дополнительных приложений.

Второй этап занимался автоматизированным фродом, запускал невидимые WebView и обращался к подконтрольным доменам для получения рекламы. Короче, телефон пользователя превращался в маленький станок для печати рекламных денег.

Для маскировки операторы кампании использовали обфускацию, антианализ и имитацию легитимных SDK.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru