BIS’22: штрафы за утечки, критерии для объектов КИИ, цифровая независимость

BIS’22: штрафы за утечки, критерии для объектов КИИ, цифровая независимость

BIS’22: штрафы за утечки, критерии для объектов КИИ, цифровая независимость

В Москве прошел ежегодный саммит по информационной безопасности Business Information Security Summit. Главная дискуссия собрала основных регуляторов рынка ИБ. Обсуждали модели угроз, санкции и ответственность за утечки.

Пленарную дискуссию с представителями ФСТЭК России, Минцифры, Банка России и Центра компетенций по импортозамещению в сфере ИКТ вела Наталья Касперская, президент ГК InfoWatch, председатель правления АРПП “Отечественный софт”.

Среди основных посылов — необходимость усилить ответственность за утечки.

Потерю данных фиксируют, извиняются, но всё заканчивается небольшими штрафами.

“С утечками мы не справились”, — признает Владимир Бенгин, директор департамента обеспечения кибербезопасности, Минцифры России.

Говорили о необходимости “растить” институт генеральных конструкторов не только по ИБ-решениям, но и по прикладным разработкам. Сейчас этим процессом никто не управляет. На фоне относительно развитой отечественной ИБ-инфраструктуры наблюдается провал с точки зрения стратегии развития прикладных разработок. Всё сводится к решению тактических вопросов, а о стратегии мало кто думает.

“Необходимость перехода на отечественные решения связана с тем, что ещё в 2021 иностранное ПО стали активно использовать для деструктивного воздействия на инфраструктуру”, — говорит Илья Массух, генеральный директор Центра компетенций по импортозамещению в сфере ИКТ.

По его словам, именно этот риск, а не хакеры, стали главным драйвером перехода на российские решения — как аппаратные, так и программные.

Теперь предприятиям, которые массово закупили и внедрили импортные СЗИ, сертифицированные ФСТЭК России, нужно планировать замену, напоминает замдиректора организации Виталий Лютиков:

“Все сертификаты этих СЗИ аннулированы, а поддержка прекращена. Формально требованиям ФСТЭК они не соответствуют. Поэтому надо планировать поэтапно переход на отечественные средства защиты и выставлять требования к разработчикам”.

Мы должны были раньше начать эту работу, добавляет Лютиков:

“Но делаем это только теперь, но делаем и идём к этому, так как вариантов практически нет”.

С принципом заместить “всё” не согласен Вадим Уваров, директор департамента ИБ Банка России.

“Считаю, что не нужно бросаться менять все решения! Должна быть технологическая карта. Есть, конечно, определенные проблемы с оборудованием. И в перспективе нужно будет выработать понимание, как его заменить, — говорит Уваров. — У Банка России есть видение, какие процессы для каких наших организаций могут являться рискованными и как эти риски минимизировать”.

Особенно сложно заместить микросхемы.

“С точки зрения чипов основная надежда будет, наверное, всё-таки на дружественные страны”, — считает Илья Массух. Но в какой-то момент нужно будет налаживать свое производство, добавляет эксперт.

На вопрос о том, как будет меняться регуляторика, Лютиков ответил новостью о скорых изменениях категоризации объектов КИИ. Речь о поправках в приказ № 187. При этом представитель ФСТЭК не стал называть даты возможной корректировки:

“Сроки озвучивать не буду пока, чтобы никого не смущать никого из коллег. Но они будут”.

Мужчина доказал измену жены с помощью камеры робота-пылесоса

Житель Тайваня доказал измену жены с помощью камеры робота-пылесоса, отсудил компенсацию, а затем сам получил пять месяцев тюрьмы за незаконную съёмку. Мужчина заподозрил супругу после того, как нашёл чужую зубную щётку в их загородном доме. Записи с камеры на парковке показали человека, который ранее подвозил его жену.

Через три месяца мужчина попытался связаться с супругой через приложение робота-пылесоса и увидел в трансляции того же гостя.

Камера устройства записала, как жена переодевается, ложится с мужчиной в кровать и ходит по дому обнажённой. Владелец сохранил видео и предъявил его суду как доказательство романа.

Сама измена на Тайване не считается уголовным преступлением, однако нарушение супружеских прав может стать основанием для денежной компенсации. Мужчина потребовал 2 млн тайваньских долларов, но получил 500 тыс. — около $19 тыс.

После этого жена подала встречный иск. Она заявила, что интимные кадры были записаны без её согласия, а датчики и индикаторы пылесоса не давали понять, что ведётся съёмка. Муж утверждал, что суд уже принял видео как доказательство, а значит, оно допустимо.

Суд с такой логикой не согласился. Использовать запись в гражданском деле оказалось можно, но незаконный способ её получения никуда не исчез. Право на неприкосновенность частной жизни признали более значимым, чем супружеские обязанности.

В итоге мужчина получил пять месяцев заключения и штраф 150 тыс. тайваньских долларов — 30% от выигранной компенсации.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru