Путин подписал закон о «запрете иностранного ПО»

Путин подписал закон о «запрете иностранного ПО»

Президент Владимир Путин подписал документ, вносящий изменения в федеральные законы «Об информации…» и «О контрактной системе в сфере закупок…», которые вступят в силу с 1 января 2016 г.

За время своей подготовки эта законотворческая инициатива, вводящая ограничения на приобретение и использование ПО иностранных разработчиков, успела в прессе и бытовой речи получить название «закона о запрете иностранного ПО».

Первый из меняемых законов будет дополнен отдельной статьей «Особенности госрегулирования в сфере использования российских программ для ЭВМ и баз данных» и описывает создание реестра отечественного ПО и аспекты его формирования, пишет cnews.ru.

Возможность устанавливать правила ведения реестра закрепляются за Правительством. Уполномоченный им федеральный орган госвласти сможет привлечь к формированию и ведению реестра специального оператора — организацию, зарегистрированную на территории РФ. Этот же уполномоченный орган станет утверждать соответствующий классификатор ПО для ведения реестра.

В соответствии с буквой закона, программы могут считаться отечественными, если исключительные права на них принадлежат Российской Федерации, либо ее гражданам, либо некоммерческой организации, управляемой без помощи иностранцев, либо коммерческой организации с суммарной долей российского участия более 50%. При этом ПО должно не нарушать гостайну, быть правомерно введено в оборот и свободно реализовываться на всей территории России.

Еще один критерий включения в реестр утверждает, что общая сумма выплат за рубеж по лицензионным и иным договорам, связанным с вопросами интеллектуальной собственности, не должна превышать 30% от годовой выручки правообладателя ПО от его реализации. 

Данный список требований в дальнейшем может быть расширен Правительством за счет дополнительных пунктов.

Отдельно конкретизируется, что организация будет считаться контролируемой иностранным лицом, если последнее сможет определять ее решения в силу преобладающего прямого и (или) косвенного в ней участия.

Решение об отказе включения в реестр правообладатели ПО смогут обжаловать в суде в трехмесячный срок.

Ограничения для зарубежного ПО

Изменения ко второму закону — «О контрактной системе в сфере закупок…» — описывают полномочия Правительства при помощи будущих подзаконных актов установить запрет или ограничения на допуск зарубежных товаров и услуг к участию в госзакупках.

При этом для госзаказчиков предусматривается возможность обосновать невозможность соблюдения указанных запрета или ограничений. Требования к содержанию подобных обоснований также должно установить Правительство.

Альтернативное законотворчество

Подписанный президентом документ был внесен в Госдуму группой депутатов —Леонидом Левиным, Алексеем Казаковым, Вадимом Деньгиным и др. — 9 апреля 2015 г.

Спустя почти полтора месяца (18 мая 2015 г.), член Совета Федерации Людмила Бокова и депутат Надежда Шайденко внесли в Госдуму еще один законопроект, предполагавший изменения к закону «Об информации». Поправки также касались реестра отечественного ПО, хотя порядок его ведения был описан гораздо более поверхностно, чем у группы Левина.

В результате 15 июня 2015 г. Совет Госдумы постановил вернуть законопроект его инициаторам «по мотивам принятия аналогичного законопроекта в первом чтении». (Первое чтение документа Левина завершилось 22 мая 2015 г.)

Дополнение Минкомсвязи

Реестр российского ПО и ограничения на использование зарубежных товаров (на уровне ПО) при госзакупках фигурируют и в еще одой законотворческой инициативе. В начале текущего года Минкомсвязи разработало проект соответствующего постановления Правительства.

Как сообщили CNews в пресс-службе министерства, документ был внесен Минкомсвязью в Правительство 30 июня 2015 г. и по итогам рассмотрения в Аппарате Правительства должен быть вынесен на заседание Правительства.

«Согласно проекту постановления заказчики смогут приобретать иностранное ПО только в тех случаях, когда сопоставимое российское ПО отсутствует или по своим функциональным, техническим, эксплуатационным характеристикам не соответствует обоснованным требованиям заказчиков», — отмечают в министерстве.

По данным исполнительного директора АРПП «Отечественный софт» Евгении Василенко, чья ассоциация принимала активное участие в составлении текста постановления, внести данный проект Минкомсвязи удалось лишь «с разногласиями» — со стороны Минфина и ФАС.

Как поясняет Василенко, данное постановление не дублирует новый закон, а открывает путь к созданию требующихся для реализации его норм подзаконных актов.

В Минкомсвязи уточняют, что новым законом определяются «базовые» критерии включения программ в реестр отечественного ПО, но правила формирования и ведения реестра, а также преференции для включенного в него ПО устанавливаются постановлением Правительства.

97% компаний в России внедряют ИИ, но 54% не видят его ценности

UserGate изучила, как российские компании внедряют инструменты на базе ИИ и что мешает делать это быстрее. Опрос прошёл в январе 2026 года, в нём участвовали 335 топ-менеджеров компаний с выручкой от 100 млн рублей в год. Картина получилась довольно показательная: 97% компаний уже используют ИИ, тестируют его в пилотах или собираются внедрять в ближайшее время.

То есть искусственный интеллект из разряда «модного тренда» окончательно перешёл в категорию рабочих инструментов.

Чаще всего ИИ применяют для вполне прикладных задач. На первом месте — генерация отчётов и аналитики (42%). Далее идут оптимизация сетевой инфраструктуры (38%), анализ больших массивов логов (37%), ускорение расследований инцидентов (35%) и повышение эффективности Help Desk (32%).

Иными словами, бизнес в первую очередь использует ИИ там, где он помогает сэкономить время и ресурсы или усилить функции безопасности.

Интересно, что приоритеты зависят от масштаба компании. В корпоративном сегменте более 60% респондентов указали анализ больших логов как ключевое направление — что логично при объёмах данных в крупных ИТ-ландшафтах. В среднем бизнесе на первый план выходит оптимизация сетевой инфраструктуры (45%).

При этом 7% компаний пока вообще не рассматривают внедрение ИИ. Главные причины — неясная ценность технологии (54%) и неопределённость рисков (38%). Также среди барьеров называют отсутствие чёткого распределения ответственности (29%), ограниченные бюджеты (29%) и нехватку экспертизы (17%). По сути, речь идёт не столько о скепсисе, сколько о нехватке понимания, как именно внедрять ИИ и как управлять связанными с ним рисками.

Отдельно респондентов спросили, какие технологии окажут наибольшее влияние на кибербезопасность в ближайшие 12 месяцев. Лидером стали ИИ и машинное обучение — их назвали около половины представителей коммерческого и государственного сегментов. Даже те компании, которые пока осторожничают с практическим внедрением, всё равно рассматривают машинное обучение как ключевой фактор трансформации ИБ в среднесрочной перспективе.

Как отмечает руководитель отдела стратегической аналитики UserGate Юлия Косова, бизнес уже активно использует ИИ в операционных и защитных сценариях, но ожидания рынка зачастую опережают текущую практику. Дальнейший эффект, по её словам, будет зависеть от зрелости процессов, качества данных и способности управлять рисками.

RSS: Новости на портале Anti-Malware.ru